— Мамочка, я хочу пи-пи, — звенит детский голосок, возвращая в реальность.

Мы с Владом отскакиваем друг от друга.

Прижимая к груди потрепанного зайца, на нас смотрит своими очаровательными глазками милая Ясмин.

— Привет, милая, — сконфуженно произношу я.

Подхватываю дочку на руки и несу в ванную комнату.

Когда я мы с ней выбираемся обратно на палубу, Влад пьет кофе с Катей и Артуром.

— Аня, прости, пожалуйста! — бросается ко мне Кошкина. — Влад рассказал, что пока мы с Артуром развлекались, тебя пытались похитить. Никогда себя не прощу за то, что променяла твою безопасность на горячие объятия частного детектива!

Я усаживаю малышку Ясмин за стол и примирительно вздыхаю.

— Забудь. Все закончилось хорошо. Кстати, папа твоей Лизы еще долго будет под следствием.

— Да кому он нужен? — Катя отмахивается и краснеет, потому что Артур начинает усыпать поцелуями ее шею.

Я вдруг ловлю на себе взгляд Туманова.

— Что? — непонимающе приподнимаю бровь.

— Переедешь ко мне?

— Прямо сейчас?

— А почему нет?

— У меня ребенок и кот. И еще переноска с нелегальной наличкой.

— На первом этаже многоэтажки, в которой я живу, есть магазин детских товаров и магазин товаров для животных. Там можно платить наличкой. Думаю, мы не пропадем.

Несколько мгновений я смотрю ему в глаза.

— Я согласна, — произношу уверенно.

Туманов победно ухмыляется.

— Значит, поехали домой?

— Поехали.

И так приятно звучит «поехали домой», что через двадцать минут, оставив Катю в жарких объятиях Артура Хачатряна на яхте, мы с Владом снова сидим в такси.

Менелай издает свое истошное «Мяу», Ясмин треплет за уши чудом пережившего наше приключение зайца, а я… я смотрю в будущее с надеждой. Ведь в багажнике такси стоит переноска, до верху набитая нелегальной выручкой моего мужа, а Влад сказал, что в магазинах на первом этаже его многоэтажки принимают наличку. Значит, мы не пропадем.

Влад обнимает меня за плечи, а я скептично посматриваю на грязную игрушку в руках у дочери. «Надеюсь, за наличку будет можно купить нового кролика», — размышляю рассеянно. Но это уже совсем другая история.

Конец