— Искателей всего пятьсот-шестьсот, и не становится больше, — покачал головой мужчина. — Все мы почувствовали вкус силы и мало кто согласится отказаться от своей прокачки ради военных.

— Так искатели дохнут регулярно, а когда дохнет искатель, появляется новый — сам был свидетелем. В городе нас, гражданских, осталось с пару тысяч, но норам всяким сидим. У военных уже немало своих искателей, эти два десятка — только один из отрядов. И со временем их будет только больше. Поэтому они и выгоняют людей из города, чтобы пробуждались военные и только военные. Слышал про грандиозный обсер, когда команда вояк убила искателей о парочку каких-то сверхлюдей? Думаю, это было сделано ради жертв. И вряд ли такая самоубийственная операция — последняя. На первое время оставят сотню искателей специально для подтаскивания островов, еще сотню не смогут найти по Красноярску. И будет триста-четыреста военных искателей, которые и город очистят, и здесь начнут наводить ужас на местных пиратов.

— Месть выживших, — помотал головой мужчина. — Если не убить всех свободных неспящих разом, то даже пара оставшихся сверхлюдей может кровавую баню устроить. Причём и в этом мире, если их в том перебьют, и в том, если соберутся и припрутся к политикам, принимавшим решение. Кто их там остановит, даже ослабленных?

— Кто их, ослабленных, пропустит через кордоны, дурачок? — зашелся кудахтающим смехом старик. — Там территория наверняка уже огорожена, камеры понаставлены! Любого, пробежавшего кордон, с вертолетом выследят. А если нет — куда он пойдет мстить? В Кремль? Просто я не знаю другого места, где сидят политики, принимающие решения на уровне страны. До Кремля еще дойти нужно, когда тебя по телефону отслеживают, по камерам твою морду ищут, а на все посты ГАИ отправлены твои ориентировки. И даже если он преодолеет все преграды и каким-то невероятным чудом выживет под плотным огнем военных в Москве и проникнет внутрь Кремля, просто не найдет там нужных людей. Нужные люди от такого терминатора попросту разлетятся на самолетах, и пусть он их снова догоняет. Будут ему средние пальцы показывать из самых дальних краев нашей Родины. Но скорее всего его на первом десятке километров поймает пятерка военных искателей: тоже ослабленная, но их будет пять, а он — один.

— Кто будет монстров убивать? — не сдавался мужчина. — Пули на многих из них уже не действуют, и будет только хуже с каждым днём. Рано или поздно военных выдавят из города и весь план рухнет, ведь они не смогут дальше развиваться.

— Если военных будет от сотни до четырехсот, прошедших эволюции, умеющих работать с обликами, их никто не выдавит из города. А если и выдавят, они обрушат мосты и будут сидеть за городом, где все еще можно смотреть интересные сны. И про остановку в развитии ты не прав: в крайнем случае они начнут тягать облики из этого мира, здесь же тренироваться и горстями жрать орсы.