Степан Артурович скривился, будто его кто-то по почкам ударил:
— Ладно, Кошелев! Будет тебе заявка.
— Отлично. А раз вы завели разговор о гранатах, тогда мне нужны термитные.
— Ты чего, на снеговика в городе наткнулся⁈
Я описал военному кислотного слизня, с которым столкнулся ночью.
— И ты для него термитку просишь? Нужно было щелочью его, Кошелев! Задачка для второклассника!
— И где содержится щелочь в быту? -ехидно спросил я.
— В быту ты с ней сталкиваешься ежедневно, так как щелочь используют при производстве мыла, шампуней, порошков и прочего. Надо было просто кинуть в Кошмар бутылкой с моющим средством, получил бы облик с минимальными затратами. Ладно, если шевелить мозгами — не твое, перед выходом на следующее задание зайди, выдам тебе термитку. Одну! Под роспись!
На этом и завершили разговор. Когда я вышел, в голову снова полезли мысли о неотправленном сообщении, но от них меня отвлекли.
— Кошелев, — окликнул меня знакомый голос.
Поднимаю голову и вижу солдата, который недавно дал мне адрес двухэтажного коттеджа.
— Да?
— Тебя спрашивают у ворот. Ну, то есть не конкретно тебя, подошедший человек просил позвать «искателя с бинтами, который может ускоряться и ходит всюду с острейшим ножом». По описанию подходишь только ты.
— И кто спрашивает?
— Чудак какой-то в странной одежде. Представился Эклером… Нет, Эклектикой.
Человека, который вроде как «пришел ко мне», я сперва не узнал. Светловолосый мужчина лет тридцати, с большими родимыми пятнами на лице. Он был одет в красные штаны и белую кофту, от руки расшитые разными узорами, на запястьях — куча фенечек, на шее какие-то бусы. На плече его была школьная сумка. В общем, одежда его была пестрой, несуразной и неподходящей друг к другу.
— Добрый день, — поздоровался он.
А потом я все-таки вспомнил этого мужика. Когда Краун выступал перед толпой, незадолго до совместного с военными похода на площадь Революции, где карлик резал людей, этот мужчина стоял среди искателей и пристально сверлил меня взглядом. Выходит, это и есть Эклектика?
— Привет, — осторожно сказал я. — Ты же из «Славянского»?
— Да, ты мог видеть меня там. А ты — тот самый человек, который недавно зажег свечу в больнице?
Я напрягся и огляделся. Когда к тебе подходят с таким вопросом, хорошего ждать бессмысленно. Особенно — от одной из легенд мира Островов.
Ближайший солдат стоял на вышке, метрах в двадцати от нас, и вряд ли слышал, о чем мы разговаривали, но я все равно перешел на тон ниже.
— Как ты понял, что я провел тот ритуал?
— Я же ритуалист, — пожал он плечами, будто это все объясняло.