Из дверей постоялого двора выбежал управитель, хватаясь за одежды. Бурча под нос: «Что за непогода… поди, демон Граго потрудился», он грубоватым жестом пригласил явных иноземцев пройти внутрь. Борющиеся с вьюгой конюхи, отплевываясь, увели лошадей. Спустя время Уиль­яма попросили пойти следом за управителем, чтобы показать комнату. Его расположили на верхнем этаже. Различив во тьме силуэт старой графини, он сразу заспешил к ней в конец коридора.

— Сир’ес Мариэльд! — Впервые за весь день Уилл что-то сказал. Он был преисполнен решимости. — Нам нужно поговорить насчет вашей служанки.

— Юлиан, сын, я тебе все уже сказала.

— Подождите, вы не понимаете, что…

— Если она не будет ночевать у тебя, то будет ночевать в коридоре.

Графиня тут же чинно удалилась к себе, хлопнула дверью. Оставшись в одиночестве, вновь побежденный таким простым способом, раздраженный Уиль­ям развернулся и увидел поднимающуюся по лестнице Фийю. Она улыбалась и заправляла за ухо прядь, выскочившую из наспех заплетенной косы. Ну что же, придется класть ее на другую кровать, решил Уилл. Но стоило ему приоткрыть дверь, как обнаружилось: в спальне только одна широкая кровать, — и он сдержанно выругался.

— Тео Юлиан, я спать на полу…

Фийя принялась с тупой покорностью раскладывать одежду, чтобы устроиться на ней.

— Нет, ложитесь в кровать. На пол лягу я!

Служанка в смятении сгребла свои вещи в охапку, чтобы перебраться с ними на постель. Скинув сапоги, подобрав под себя ножки, чтобы согреть их, она продолжала глядеть на гос­подина. И хлопала глазками, как ребенок. У нее и правда было простодушное, наивное и лишенное малейшей умной мысли личико. Глядя на него, невозможно было подумать, что в такой головушке способно задерживаться что-нибудь хоть на миг: и дурное, и мудрое. Она будто жила лишь своим нынешним настроением да пожеланиями господ.

Уилл постелил на полу, от которого поднимался холод, свой дорожный плащ, а поверх положил другой, нарядный, не догадываясь о его дороговизне. Из-под ставней тихо посвистывал ветер. Понимая, что на улице крепкий мороз и к середине ночи станет еще холоднее, несмотря на то что это второй этаж, Уилл с тоской поглядел на место, где ему придется прозябать.

Однако если бороться, то бороться до конца!

— Вам нужно что-нибудь подштопать, почистить? — услужливо поинтересовалась Фийя.

— Нет…

Вьюга рассвирепела.

Яростный ветер закручивался и бросался на ставни. Те хлопали, стонали и пропускали ледяные сквозняки, которые неприятно скользили по ногам. Не было никакого желания выходить на улицу, и путники радовались, что успели разместиться на постоялом дворе вовремя. Тем более что их, южан, эти северные холода страшили.