– Ты с ума сошла? – в конце концов спрашивает он и откидывается на спинку кресла. – Ты серьезно хочешь совершить преступление? Чего ради?

– Знаешь, – я заламываю руки и намеренно растягиваю слова, – формально вещь, о которой идет речь, принадлежит мне. Чтобы это доказать, понадобится время, которого у меня нет, поэтому мне нужен план. И твоя помощь.

– Что ты хочешь украсть? – обреченно спрашивает Дэвид, и я вижу, как он сдаётся.

– Дневники Катрин Монвуазен. Мне кажется, в них должны быть ответы. Я хочу спасти Дэниэля, ты же меня понимаешь…

При упоминании господина Де Лабома выражение лица Дэвида становится немного грустным, но он быстро берет себя в руки и возвращает свою фирменную улыбку.

– Ладно, Стейси, хоть ты и чокнутая на всю голову, как я могу тебе отказать. План, план, план… – Он задумчиво попивает вино, а затем достает мобильный и набирает чей-то номер. – Реджи, привет, это Дэвид… Да, знаю, знаю… Нет, но больше об этом не упоминай, ха-ха… Реджи, вопрос жизни и смерти, карнавальный костюм с прошлого Хеллоуина еще у тебя?.. Чудесно, могу я завтра заехать и одолжить его?.. Ты прелесть! На связи.

Дэвид окидывает меня победоносным взглядом, а я сгораю от нетерпения, чтобы узнать, что же он задумал.

– Ты же не против немножко поиграть в переодевания?

– Что у тебя на уме? – улыбаясь спрашиваю я.

– Идея вот в чём…

***

План, разработанный Дэвидом, был не просто классным, а поистине гениальным. В четверг утром мы с ним встречаемся в доме господина Ришара, чтобы успеть сделать все приготовления. Реджи оказалась старой подругой Дэвида, при упоминании которой его щеки каждый раз розовеют, как у влюбленного школьника. Из этого я делаю вывод, что их раньше связывало нечто большее, чем просто дружба, но решаю не смущать его своими допросами, несмотря на мое любопытство.

Я стою перед зеркалом в своей спальне, и из отражения на меня смотрит незнакомка, облаченная в монашеское платье, с покрытой головой и закрытыми лбом и шеей. Я решила, что не буду наносить макияж, отчего кожа у меня слегка бледноватая, а выражение лица унылое и покорное.

– Интересно, мне вручат Оскар за эту роль… – бурчу я себе под нос, прежде чем хватаю мобильный и прячу в кармане сутаны.

Спустившись по лестнице в прихожую, замечаю Дэвида, печатающего что-то на телефоне с серьезным выражением лица, но как только он поднимает взгляд на меня, оно тут же сменяется ели сдерживаемым весельем. Он закрывает ладонью лицо и начинает тихо посмеиваться, но затем я замечаю, что он вытирает указательным пальцем уголки глаз. Отлично, я рассмешила его до слез.