– Я прямо слышу, как вертятся шестеренки у тебя в голове, – прерывает меня грубый голос монахини. – Предвкушая твои вопросы, отвечаю – нет, у тебя нет магии, так же, как не было её у Елены. Это нечто другое.

– И что же? – голос мой дрожит в неистовом желании узнать правду.

– Терпение, деточка, мне нужно еще пару минут.

Монахиня погружается в чтение, а у меня трясутся колени. Жаль, что Матильда или Дэвид сейчас не рядом, но мать-настоятельница твердо решила, что беседа пройдет наедине, поэтому они сказали, что пока прогуляются по окрестностям.

– Итак! – Я перевожу всё своё внимание на монахиню. – Род Делоне, к которому принадлежишь и ты, относится к более древней фамилии Монвуазен. История, которую я тебе поведаю, имеет прямое отношение к тем обстоятельствам, в которых ты оказалась. Прошу слушать внимательно и не перебивать, все вопросы потом.

Я киваю.

– Катрин Монвуазен была единственной в своём роде, сильнейшей колдуньей и целительницей. Она рано овдовела и осталась одна с маленькой дочерью на руках, но её заработок в качестве целителя позволил ей сохранить достойный уровень жизни. И всё бы у неё было хорошо, да только Катрин влюбилась. Влюбилась безответно. В одного богатого графа по фамилии Де Лабом.

Я шумно выдыхаю, сердце пропускает удар.

– Знакомая история, да? Так или иначе, но граф юной вдовой заинтересовался. К сожалению, не так, как ей того хотелось. В то время в Европе распространилась охота на ведьм, поэтому всех мало-мальски влиятельных, прогрессивных женщин строго проверяли, а при любом подозрении отправляли на сожжение. Не минула эта участь и Францию. Де Лабому дали задание узнать больше о Катрин, втереться к ней в доверие, и надо сказать, он выполнил свою работу с особой тщательностью, – монахиня делает акцент на последнем слове. – Ему удалось влюбить Ля Вуазен в себя, и через некоторое время она сделала самую страшную ошибку, которую только может совершить влюбленная женщина – доверилась мужчине. Она открыла ему свою тайну. В этот же вечер комиссары арестовали её, а на следующий день сожгли на костре. Её последние слова звучали так: "Я проклинаю род Де Лабом. Да не упокоятся их души".

От услышанного мне становится жутко и кожа покрывается неприятными мурашками.

– Это было в 1680 году. Дочь Катрин отправили в дом для беспризорников при монастыре. Среди её вещей были обнаружены, а затем изъяты несколько дневников её покойной матери. В основном они содержали рецепты отваров и лекарств, иногда встречались и заклинания, совсем мало места было уделено личным записям. Однако в одном из дневников была обнаружена записка. На, прочти!