Французы, ко всему прочему, ещё и убедили не разбегаться местных рабочих — египтян, нубийцев, греков. Союзники почти не обстреливали строящуюся цитадель: пару раз для порядка пальнули в её сторону — и всё. Самое пикантное заключалось в том, что это сделал один из французских линейных кораблей.

Строители не понесли потерь, и с высадившимися отрядами оккупантов — а это опять были французы — вели себя вежливо и беспрекословно подчинялись. Чтобы на острове не воцарилась анархия, генерал Чернов, который сразу же начал руководить всем и всеми, приказал инженерам немедленно возобновить работы по строительству цитадели.

— Господа, — обратился генерал к собравшимся французским инженерам, — работы возобновляются с завтрашнего утра. Считайте, что у вас новый заказчик. Все расчёты будут произведены в полном объёме.

Старший из инженеров, седовласый месье Дюбуа, почтительно поклонился:

— Будет исполнено, mon général. Большая часть цитадели уже построена, бомбардировка не нанесла ей существенного ущерба.

И генерал уже к вечеру объявил, что цитадель станет его резиденцией. Рядом с ней располагался один из портов Александрии — порт Эвност, небольшая, но хорошо защищённая гавань. В неё сразу перешёл русский почтовый пакетбот — быстроходное судно, оснащённое несколькими пушками.

На пакетботе и в цитадели разместился русский экспедиционный отряд. Мы с Василием и Дмитрием Васильевичем, вместе с нашими людьми, расположились на пакетботе. Тесно, но относительно безопасно — вокруг вода, а на палубе установлены орудия. Остальные разместились вместе с генералом Черновым в цитадели, где уже были готовы несколько просторных залов с каменными сводами.

К вечеру десанты союзников заняли весь остров Фарос. Французский отряд занял позицию у начала насыпной дамбы, выставив пикеты и полевые орудия. На развалинах почти полностью разрушенной непрерывной бомбардировкой древней крепости Кайтбей, некогда грозного бастиона мамлюков, высадились англичане, методично расставляя свои палатки правильными рядами и окапываясь по всем правилам военной науки.

Завтра с утра английские отряды высадятся и займут позиции восточнее Александрии, у исторических ворот Ипподрома, и западнее, у так называемых ворот Луны — древних городских ворот, сохранившихся ещё со времён Птолемеев.

Ночью мне было очень тревожно. Сон не шёл, мысли метались, словно птицы в клетке. В Египте творится множество ужасных вещей с точки зрения европейца, но как ни крути, то, что сейчас происходит, — это чистейшей воды вероломство и грязная игра. Мы пришли сюда с оружием, бомбардировали город, и теперь занимаем его, прикрываясь высокими идеями и благими намерениями.