Лера встала. Ноги были ватными, но она держалась. Смотрела на него - чужого, холодного, того первого Макса, который ломал её в подвале...
- Я приду позже, - сказала Лера ровно, хотя внутри всё разрывалось. - Тебе отдыхать надо.
- Приходи, - безразлично кивнул он. - И водки принеси. А то тут одна херня в капельницах.
Лера вышла в коридор и медленно сползла по стене на пол, закрыв лицо руками. Она сдавила зубы так сильно от боли, что казалось, они сейчас раскрошатся.
Ну и чего ревёт? Странная какая. Будто я ей предложение сделал, а потом бросил. Ничего. Когда встану на ноги - всё вспомним. По-своему. Пусть не расслабляется. Мокрушница есть мокрушница.
---
Коридор
Апрель вскочил со скамейки, едва Лера вышла из палаты.
- Ну что? Как он? Очухался? Что сказал? - Шквал вопросов полетел мгновенно.
Лера подняла на него пустой взгляд.
- Очухался, - едва беззвучно ответила она. - Только... - Она всхлипнула. - Он... меня не помнит. Апрель. Совсем. Помнит, что я убила его отца. Помнит, что ломал. Но всего, что было после... любви... не помнит. Словно этого и не было никогда...
Апрель побледнел так резко, будто кровь разом отхлынула от лица.
- К-к... как не помнит? - Руки Апреля повисли вдоль тела. - Совсем?
- Совсем. - Лера вытерла рукавом нос. - Он сказал: «Какие, нахуй, цветы?» Он... он ничего не помнит, Апрель. Ни как я зашивала Рому. Ни гранату. Ни яму. Ни того, как говорил, что любит. Ни-че-го.
Апрель молча сел рядом и притянул её к себе.
- Лерунь, может, пройдёт? Врачи же говорят, с такими травмами... может, вернётся?
- А если нет? - прошептала Лера, прижимаясь к нему. - Если он навсегда таким останется? Монстром, который ненавидел меня и ломал без всякой жалости?
Апрель промолчал. Он не знал, что ответить, а ложных надежд давать не хотел. Его сердце болезненно сжалось - от её вида, от боли за Макса.
- Я не уйду отсюда Весна я буду тут сутками , - прошептала Лера пока из под её чёрных длинных ресниц нескончаемой стекали мокрые дорожки. - Я буду рядом. Буду ждать когда он вспомнит. Потому что люблю.
- Лер... - начал Апрель.
- Нет, - Лера покачала головой. - Я всё вынесу. Лишь бы быть с ним.
Через час вышел врач посмотрел на них обоих, вздохнул.
-Максиму Максимовичу нужно особое внимание. Как бы проще вам сказать... - Он замялся, подбирая слова. Не пытайтесь его переубеждать. Не заставляйте вспоминать. Не спорьте с тем, что он сейчас считает правдой. После тяжёлой черепно-мозговой травмы это может ухудшить состояние. Его психика сейчас очень хрупка. Любое несоответствие - и последствия могут быть непредсказуемыми.