— Апрель сказал… ты согласилась встретиться, — сказал он глухо.
— Я сказала «добро». Это значит, что я готова обсудить задание, не больше, через посредников.
— Лера... — он протянул руку, чтобы коснуться её, но Лера моментально, резко обернулась и жёстко перехватила его запястье.
— Не трогай. Меня.
Её взгляд метал молнии.
Он смотрел на её руку на своём запястье.
Трогай меня... Пожалуйста, любимая... Как угодно, только трогай…
Цитата автора: что-то мне это напоминает))) 🥹🥹🥹
— Лер… Ты настолько не хочешь меня знать? — Ты словно амнезию словила... Совсем меня не помнишь? Головой не ударялась? Машина не сбивала? — его тон был обеспокоенный, а слова сбивчивые, он помнил, что Апрель ему сказал что-то, но не помнил, что конкретно.
— Помню только то, что нужно для работы, — ответила Лера, глядя ему в глаза, отпуская его руку. — Ты — заказчик. Я — исполнитель. Всё остальное не имеет значения.
— Не имеет значения? — он сжал губы в тонкую полоску, а во взгляде читалась невыносимая боль. — Лера, мы любили друг друга. Мы через столько прошли: ты меня из ада вытаскивала, я тебя...
— Что? Ты меня? — Лера повернулась к нему. — Всё лирика, Рысев. — Ты меня сломал. Всё.
Макс опустился перед ней на колени, положил ладони под колени, но она перехватила его кисти и брезгливо отбросила их.
— Я. Сказала. Не. Трогай. Меня. — Процедила она.
У Макса заблестели глаза, зрачки бешено метались по её лицу.
Макс схватил её за запястье пульс бился, и это было самое главное — всё остальное в ту секунду перестало иметь значение.
Он опустился на асфальт рядом с машиной, трясущимися руками достал телефон, тот едва не выскользнул из мокрых ладоней, пока Макс набирал скорую.
— Адрес... — голос срывался, слова расплывались, он запинался, пытаясь сосредоточиться, и назвал улицу, дом. — Девушка в машине, без сознания, крови много... что мне делать?
— Не двигайте её, не трогайте голову, проверьте, дышит ли она. — Послышался голос диспетчера.
Макс приложил ладонь к её губам, почувствовал слабое дыхание.
— Дышит, — выдохнул он. — Но крови много очень много.
— Не двигайте её, — повторил диспетчер. — Скорая уже едет.
Телефон выпал на асфальт с глухим стуком. Макс сидел на асфальте, держа её за руку, и смотрел на её лицо, залитое кровью.
— Лер, только пожалуйста, не оставляй меня…
В памяти возникли её объятия, когда он подарил ей Токарев, её улыбка каждый раз, когда он заправлял ей локон волос за ушко, как она смущённо смотрела на него, сидя на сливе и озорно болтая своими изящными ножками. Как сильно обнимала его каждый раз, когда прощала, как оставляла дорожку поцелуев на его шее перед сном. Он сжал зубы, а глаза защипало.