думать, а не выяснять, кто ошибся больше.
— Ну, ты хотя бы его озвучь. Хотя… дай я угадаю. Ты сказал, что приедешь в пятницу. Хочешь
в этот день рассказать Иришке правду про Пашу и Ваню?
— Да, — подтвердил Яков. — И возможно, Ване я признаюсь ещё до пятницы. Но пока не уверен —
как карта ляжет.
— А Паше?
— А вот тут уже не знаю. Мой младший — сложная личность. В любом случае, чтобы поговорить с
ним, мне почти наверняка понадобится помощь Вани.
— Вани?..
— Ага. Несмотря на все их конфликты, только у Вани получается нормально контактировать с
Пашкой, гасить его эмоции, объяснять очевидные вещи. Я не имею понятия почему, но всё, что
говорит Ваня, имеет для Пашки гораздо больший вес. Поэтому сначала я поговорю с Ваней и с
Иришкой, а уж после будем разбираться с моим младшим. Как тебе такой план?
— Не уверена, что можно назвать это планом, скорее намерениями. Но я не против.
— Отлично, — Яков с облегчением вздохнул. — И последнее, Поль. Если тебе не сложно… Пришли
мне, пожалуйста, Иришкины фотографии. Не обязательно все до единой, но хотя бы несколько
штук, чтобы я увидел, какой она была в начале своей жизни и потом. Как росла и менялась.
Очень интересно.
— Конечно, пришлю, — негромко пообещала Полина, а затем с неожиданной горячностью выпалила:
— Спасибо тебе!
Он понял, за что она его благодарит, и улыбнулся.
— Не за что, Поля.
Яков
Если бы Полина только знала, что творится у него дома, она бы не удивлялась тому, что он
легко нашёл общий язык с Иришкой и смог её расшевелить. По сравнению с тем, как трудно порой
было общаться с Пашей, но особенно с Ксеней, обида дочери на Полину казалась Якову сущей
ерундой. Так, мелкая ссора двух ангелов в Раю.
А его сейчас ждал настоящий Ад. Покрытый мёдом, шоколадом и сладкой патокой, но всё-таки
Ад, ибо никаким сахаром не засыпать жерло вулкана.
Хотя, когда Яков вошёл в квартиру, всё было спокойно. Он слышал, что Пашка с чем-то
копошится в своей комнате, а Ксеня явно была на кухне — оттуда доносился её звонкий и слегка
неестественный голос, что-то растолковывающий Ваньке. Ага, значит, старший тоже на кухне.
Видимо, ужинает.
Малодушно хотелось уйти в ванную и просидеть там до момента, пока все не уснут, но Яков
понимал, что это невозможно. Да и никому ещё не помогало затягивание конфликта и
замалчивание проблем.
Впрочем, никакого конфликта на первый взгляд и не было — как только Яков вошёл на кухню,
Ксеня тут же расплылась в ласковой улыбке и стала хлопотать перед ним, ставить тарелки и
щебетать что-то отвлечённое. Сидевшему за столом и поглощающему рагу Ване еда явно встала