Вдобавок, несколько пограничных с минотавровыми стойл, точнее, бывших стойл, весело дымили дымком, представляя из себя угольки и обгорелую древесину. Это ещё повезло конятине, что строились привольно, так что всё стойло не сгорело. Хотя они здоровые, как лошади, тут «непривольно» хер построишься.

Это внешне. И, в общем-то, объективно: жалко конячество и минотаврячество.

А вот в небывальщине, насколько я чуял, выходила такая картина: концентрированные орды гремлинов водили хоровод вокруг примерно центра деревушки. Как вокруг капища Идеи Великой Энтропии. В материи не проявленные, но отчётливо ощутимые.

Ну и шибало из этого условного центра неприятной, вызывающей опаску гадостью. Впрочем, стоять и дрожать я не намерен, зашагал я вперёд.

И вот удивление, через пару десятков шагов — споткнулся.

— Вот сюрприз-то-о-о… тьфу! — выдал я.

Поскольку чего-то такого я логично ожидал. Да и Харитон на эту тему доходчиво ржал. Так что ВНЕЗАПНО поехавшая земля под ластой — внезапной для меня не стала. Я даже начал ехидствовать, выставляя руки… Которые, чтоб его, попали в какую-то поганую борозду, полосу, поле… И я мало того, что изгваздался, как сволочь! Так ещё и землицы черпнул раззявленой пастью, блин!

— Бесит, тьфу, — отплевался я. — Всё. Буду убивать. Жестоко и беспощадно! — посулил я.

Окружающий пейзаж на мои слова отреагировал молчанием и чириканьем каких-то гадких птах вдали.

Ну и ладно, поднялся, сделал пару шагов, и вот сюрприз — опять навернулся. Хоть землю жрать не стал, и то хорошо.

Несколько попыток добраться до деревушки, как приличный Кащей, приблизили меня к ней на сотню метров. И превратили в ком какой-то поганой грязюки, чуть ли не навоза! Бесит, блин!

И самое паскудное — я не хотел демонстрировать нечистику тросы. Не стеснялся, но это погань высоковероятно принимала меня за человека.

А вот топорщащегося тросами из тела злобного Кащея за человека точно не примут. И придётся ещё за этой тварью гоняться, блин! Так что терпи, Кащей, всё ради дела, успокаивал я себя, вставая на четыре кости и начиная продвижение в этом непотребном виде.

А то стоя — совсем звиздец выходил! И новая метода передвижения на время помогла. Метров на сто где-то.

А вот в ста метрах от деревеньки начиналось какое-то поганое грязевое болото. Тоже творчество этой дряни, судя по обрывкам свежей травы. Как погань заболотила подходы к деревне, думаю, не знает даже Леший. Но заболотила, сволочь!

И «концентрация невезения», уж не знаю, как назвать ещё это поганое надругательство, явно и ощутимо увеличивалось, по мере приближения. То есть, я уже раком, еле ползущий, навернулся в грязюку пять раз за десять метров! При этом, будь я человеком, не раз сломал бы руки в каких-то поганых норах, да ещё и обзавёлся иголками из гвоздей! Откуда в этой гнусной болотине вообще появились гвозди — непонятно. Но были, блин! О щепках (острых, зараза!), можно даже не говорить.