— Не вредит?
— Дык… сам не понимаю. Вредит, как приличной нечисти и положено, — приосанился Леший. — Страхом питается, — покивал он.
— А тут и мясцом закусить решил. И шишигой твоей. И с лесом хрень творит, — констатировал я.
— Как ты сказал, Кащей, — подтвердил Леший, встряхнулся, поклонился. — Благодарю, Бессмертный. Говори, что в награду желаешь?
— Да не надо ничего пока, — задумчиво отмахнулся я. — Скажу, что понадобится. А коли долг невмоготу станет — скажи, попрошу что-нибудь. Подъёмное, — не стал уточнять что лукошко шишек или грибов каких.
— Как скажешь, Кащей, — явно без восторга, но и не в особой обиде протянул лешак. — А тебе кафтан с жердяя нужен, Кащей?
— А тебе он на кой? — развеселился я.
Ну реально — оператор метра два с полтиной, тощее меня раза в два. Палочник, а не человек. А тут метр с кепкой, поперёк себя шире лешак на костюмчик зуб точит.
— Пригодится, — хозяйственно заявил Леший.
— Покажи сначала, — не стал разбазаривать сокровищщи я.
Лешак метнулся, не без помощи невесть откуда взявшихся Кикиморы с Шишигой оператора обмародёрил. И с рук, явно рассчитывая зажилить, продемонстрировал добычу.
Ну… небывальщина прёт, конечно. Но «остаточная». Не артефакт какой, разве что «перекроен» ей костюмчик гробовщика под габариты оператора. А так — человеческая шмотка.
— Забирай, — махнул я лапой. — Всё равно не понимаю — откуда тут Тонкий Человек, — проборматал я себе под нос.
— А кто это такой-то, Кащеюшка? — заинтересовался лешак, сворачивая приобретение в рулон.
— Да… люди придумали недавно. Рассказать? — хмыкнул я, внутренне потешаясь.
Дело в том, что Леший, Кикимора и Шишига смотрели на меня ОЧЕНЬ любопытными глазами. И в полумраке леса таких любопытных взглядов немало светилось. Ну а… да не жалко, много времени не займёт. Время — ночь ночная. И антураж подходящий.
А уж если бы кто увидел, как в ночи глухой, под лучами холодной луны, над телом нечистика, Кащей Бессмертный рассказывает охающей лесной нечисти страшилку из сети…
Ну, я видел. Не со стороны, но получилась… стильно, факт.
— Страсти-то какие, — покачал головой Леший, под согласный бэк-вокал прочей нечисти. — Аж жалко людишек стало.
— Угу. Сами придумали, откуда взялся — непонятно. Но мерзкая тварь, — пробормотал я. — Ладно, бывай. Пойду к байку, — махнул я рукой.
— Бывай, Кащей. Так сподручнее, — заплёл лешак путь.
И вправду — сподручнее, оценил я, преодолевший три километра за десяток шагов. Мелочь, а приятно, отметил, садясь на байк.
И стал думать, куда мне двигать, потихоньку разгоняясь.
Подумал я, да и погнал в ночи глухой в Арискино. Новости были не самые приятные, хотя и выводы поверхностные, но… Неприятные.