Когда до цели оставались считанные метры, подуставший Хрусталь зашёл мне в спину и отправил вперёд могучим пинком.

— В добрый путь!

Я и выругаться не успел, как в меня со всех сторон вгрызлись сотни, если не тысячи зубов. Настоящий тоннель смерти, из которого был только один путь — прямиком в пищевод. Но такой исход меня категорически не устраивал.

Заряд принялся таять на глазах, хотя укреплённый костюм держал его достаточно долго, позволив мне кое-как воспользоваться мечом в крайне ограниченном пространстве. Это был даже не взмах, а какое-то ёрзанье на месте в обнимку со швеллером. Но нужно отдать «Чёрному Пламени» должное — он исправно расщеплял крепчайшие ткани. Которые до этого, между прочим, без проблем разгрызали защитные сплавы. Когда от щита осталось меньше десяти процентов, получившаяся прореха позволила мне провалиться дальше — куда-то во внутренности гигантского хищника.

Дальше дело пошло ещё легче — всего-то и нужно было, что удерживать меч и стараться на него же не напороться в процессе погружения. Словно раскалённый нож в масле, мы преодолели сеть толстых гофрированных трубок, потом откромсали несколько склизких органов, размерами куда больше, чем я, и под конец достигли хитиновой оболочки. Щит окончательно лопнул, и костюм постепенно стал разъедать агрессивный коктейль из внутренних жидкостей монстра. Зато чёрный клинок вдоволь испил вражеской энергии, распространяя вокруг нас адский холод.

Дыра в заиндевевшем хитине, откуда я, в конце концов, вывалился, оказалась размерами со стандартный шлюз в переборке. Вместе со мной на свободу вырвалось обильное облако пара, посеревшего от большого количества пепла. Что сказать — на славу поработал…

Вот только матка приползла к нам отнюдь не из соседнего яруса, а проделала внушительный путь, прогрызая уровень за уровнем. В эту свежую шахту я и провалился, махая руками и ногами, как заправский электрик из стародавнего анекдота. Надеюсь, у тех кто меня в тот момент слушал, изрядно обогатился словарный запас.

Меч я выпустил ещё в утробе королевы плерксов, иначе падать пришлось бы в полностью обесточенном костюме. А так энергии, оставшейся буквально на донышке батарей, хватило для коротенькой активации реактивного ранца. Ненадолго меня подтолкнуло вверх, погасив инерцию свободного падения, после чего почти любя припечатало о дно колодца. Но куда с меньшей силой, чем полагалось бы. Спасибо ослабшей гравитации.

От оглушительного удара полоска жизни просела на три четверти, а зубы едва не прикусили язык. А всё потому что не надо ругаться во время полёта. Хотя в игре болевой порог был основательно завышен, острых ощущений вышла масса. Особенно от простреливших колен. А чтобы мне совсем стало хорошо, рядышком со мной воткнулось «Чёрное Пламя», едва не пригвоздив меня к полу.