Определившись с направлением, я осторожно двинулся вперёд, не забывая поглядывать на карту и себе под ноги. Кое-где в отсеках прямо на облицовочных плитах валялся неидентифицируемый хлам, а один раз мне попался чей-то мумифицированный скелет. Часть костей у бедолаги оказалась раздроблена, из чего я сделал вывод, что посетителям в этом мавзолее не особо рады.

Каким-то большим набором отличий здешние отсеки похвастаться не могли. Где-то располагалась воздухозаборная решётка, где-то в стену было вмуровано непонятное оборудование, но в целом они походили друг на друга, как две капли воды. Это однообразие постоянно держало в гнетущем напряжении, заставляя каждый раз сверяться с картой, чтобы не заблудиться на ровном месте.

Благодаря подсказкам интерфейса, мне удалось обогнуть ещё один тупик, как вдруг на краю сканирования одна из клеток резко покраснела, а в её центре нарисовался треугольник, обозначавший нежелательную встречу. Специально проверил это в расшифровке. Что именно там было, не уточнялось, видимо, это уже проверялось опытным путём.

Я замер на месте, но подсветка никуда не делась даже спустя минуту ожидания. И только стоило мне поменять местоположение на соседний отсек, как пиктограмма тоже сместилась в параллельном направлении. Ровно на одну ячейку.

Понятненько. У нас тут строго пошаговое перемещение, как в тех же шахматах. Осталось лишь выяснить, обладает ли мой преследователь таким же сканером, или движется вслепую. Чем больше я знакомился с царящими здесь правилами, тем меньше хотелось лезть на рожон. Любой бой без предварительного сохранения увеличивал шансы принудительной депортации отсюда.

Как оказалось, я тоже был прекрасно виден кому-то сквозь многочисленные стены отсеков, и тревожная пиктограмма следовала за мной без отрыва. А вечно убегать по прямой я не мог из-за многочисленных тупиков и завалов. Некоторые отсеки и вовсе не имели выхода в нужную сторону, из-за чего периодически приходилось сворачивать. Поэтому расстояние между нами сначала сократилось до двух клеток, потом до одной, и в итоге мы пересеклись на очередной развилке.

Я зашёл в отсек с обнажённым мечом в руке, готовый тут же броситься в атаку, и противник не заставил себя долго ждать. Ближайшие ко мне створки распахнулись, и в помещение величественно вплыл шарообразный робот, водя по сторонам единственным окуляром. Из манипуляторов у него имелся только гофрированный шланг, делавший его похожим на советский пылесос «ЯИК» образца шестьдесят седьмого года. Судя по обшарпанности корпуса, техобслуживания он не знал примерно с тех же самых лет. Название у робота оказалось соответствующее — «Младший Уборщик».