Можно злиться на человека и при этом признавать, что он делает нужное. Можно продолжать работать с ним и не считать прошлое закрытым. Эти состояния уживались плохо, постоянно задевали друг друга острыми краями, но все-таки уживались.
В дальнем конце коридора горел один факел. Академия спала или очень убедительно делала вид что спит.
✦
Рийя ждала меня в комнате с чаем и двумя ломтями хлеба.
— Я решила, что после тайного занятия ты либо вернешься голодная, либо не вернешься вообще, — сказала она вместо приветствия. — Второй вариант мне не понравился, поэтому приготовила первый.
— Очень разумно.
Она посмотрела на мою руку.
— Это что?
— Учебный артефакт решил, что знакомство прошло недостаточно близко.
Рийя схватила меня за запястье, повернула ладонью вверх и внимательно осмотрела красную сетку.
— Поверхностно, — сказала она. — Но, если к утру не уйдет, идем в лечебное крыло. И не спорь. Что он сделал?
— Отвел запись темными чернилами. Потом заставил повторить упражнение.
— Заставил?
— Предложил так, что отказ выглядел бы глупо.
— А, это его обычная манера.
Она отпустила руку, налила чай и придвинула мне хлеб. Я съела половину ломтя прежде, чем поняла, насколько была голодна.
— Ну? — спросила Рийя. — Он рассказал про отца?
— Рассказал.
Кружка в ее руке остановилась.
— И?
— За год до моего первого заявления он нашел письмо, адресованное ему. Папа оставил список имен и просьбу найти меня, если я появлюсь в академии. Просил не дать ректорату назвать мой дар болезнью и заглушить его до внешней проверки.
Рийя очень медленно поставила кружку.
— Подожди. До первого заявления? То есть все три отказа были уже после находки?
— Да. Первый отказ Кейлан подписал сам. После него дважды пытался открыть дело, но Нолл снял запросы. За четыре месяца до моего третьего заявления материалы ушли в Совет, однако решение задержалось, и третье заявление тоже отклонили. После третьего отказа Кейлан добился регистрации по параграфу о дополнительном потенциале.
— Значит, четвертое письмо появилось не само.
— Не само. Ему помог кто-то еще, имя он пока не назвал.
Рийя взяла блокнот и провела вертикальную линию посередине страницы.
— Факт: письмо отца существует. Факт: Дар-Ортис нашел его за год до первого заявления. Факт: сам подписал первый отказ, потом пытался открыть дело и передал материалы в Совет до третьего заявления. Осадок: все равно молчал слишком долго.
— Именно, — согласилась я.
— И что ты будешь делать?
— Продолжу ходить на занятия, — ответила я.
Она подняла голову.
— Ты, дорогая, перегрелась об артефакт?
— Возможно.