Над мостом, над самой водой, висели трое. Эфир у них был плотнее и тяжелее, чем у Сфер, и лежал на каждом одним плотным слоем. Туманности шести Кругов.
Ближняя не ждала, пока я дойду. Она подняла обе руки, и вода пруда вздыбилась вдоль берега. Из ила поднялись ржавые плиты в человеческий рост. Они пошли на меня по воздуху ребром.
Первую отбил предплечьем, вторую принял на плечо. Третья ударила в нагрудник и смялась. Четвертую я взял телекинезом, перевернул и отправил обратно плашмя.
Туманность отбила ее, но на миг раскрылась. Этого мне хватило: с третьего шага достал ее ладонью в грудь — без пламени, одним телом. Она ушла в пруд спиной и легла на мелководье у берега.
Второй Туманность не бил вовсе. Он просто смотрел на меня, и пластины доспеха потянуло от тела наружу. Все вместе, на каждом сгибе.
Подложка под пластинами стянулась плотнее, и пластины встали назад сами раньше, чем я успел за них взяться. Живой металл слушался только того, на ком сидел.
Крушитель за спиной дернулся. Его тянули тоже, вверх и в сторону, и в первый миг я по привычке прижал древко к спине телекинезом. А потом отпустил. Секира не ушла: Единый в ней был мощнее и выше по уровню любой здешней Туманности, и чужой нажим она даже не заметила.
Я засмеялся вслух, и Туманность вздрогнул. В мою последнюю встречу с Магами металла у меня тоже пытались украсть броню, и тогда это у них почти получилось. На этот раз я совершенно точно не собирался давать им такого шанса.
Броню Туманность отпустил, когда я засмеялся, и ударил по-другому. Клинок вошел мне в нагрудник справа, с полной силой Туманности. Пластина выдержала, но клинок прошел по ней наискось.
Я опустил на это место глаза. На броне осталась царапина в ладонь длиной, с блестящим дном. Но подложка выступила в царапину темной полосой и затянула ее, пока я смотрел. Снова поднял глаза на Туманность и с искренним удовлетворением заметил в его взгляде панику.
Понадобилась секунда, чтобы подскочить к нему, схватить за руку, которой он вел клинок, и рвануть на себя с такой силой, что он потерял концентрацию и выпустил клинок. К когда я несильно ударил его в висок, он и вовсе осел на землю.
Третья Туманность бил умнее двух первых. Под моими ногами мост исчез. Настил, балки, прутья перил сложились в полый кокон и сомкнулись вокруг меня от стоп до шеи, в один слой. Внутри сразу стало тесно, потому что металл начал сжиматься.
Из кокона я вышел вверх. Единого на это не понадобилось — хватило тела. Пластины на плечах раздвинули стыки, кокон лопнул по ним, и я встал на ступень над прудом. То, что было мостом, посыпалось в воду.