Ощущение завершенности подтверждало: на Зерне я достиг предела развития этой техники. Проверил это обрезком сплава с острым краем.
В активной фазе он не оставил на ладони даже царапины. В пассивной мне пришлось надавить всерьез, чтобы он вообще прорезал кожу. При этом порез был неглубокий и сошелся с видимой глазу скоростью: так же, как раньше затягивались царапины на самой броне.
Я не стал сильнее. Но сейчас в активной фазе мог просто стоять под ударами Влада и вообще не думать о том, чтобы как-то отвечать. Не применяя техник, он не сможет заставить меня хотя бы пошевелиться. В том числе и потому, что поглощение металлов и превращение их в прочность тела добавило мне где-то семьдесят килограммов, так что весил я сейчас уже три центнера.
Тамаре Агеевой, отвечавшей за инвентарь, я, разумеется сходив в каюту и одевшись, сказал, что доспех пока снят: техника укрепления тела его не терпит. Это была правда, пусть и не вся. Она выдала мне форму отряда и записала ее на меня.
По сути, это тоже была броня, хотя скорее магическая, защищающая в первую очередь от энергий, а не от прямых ударов. Плотная ткань, прошитая нитями из напитанного Эфиром металла. Шлем предполагался отдельно, но я его не взял. Смысла в нем теперь не было.
Подумав, решил, что проверить новую прочность стоит прямо сейчас и все на том же Владе. Против спарринга он никогда ничего не имел, так что, стоило мне предложить, рванул в Кольцо вперед меня.
Но когда он ударил меня сотрясением в корпус со всей силы, как бил уже десятки раз, вместо того, чтобы отступить хотя бы на шаг, я остался стоять.
— Погоди-погоди! — Влад опустил руки. — Это что сейчас было? Я как в наковальню ударил! — Он постучал меня костяшками в грудь, прислушался и постучал еще раз. — Что у тебя там под формой?
— Я.
Он оскалился во весь рот и ударил снова, уже без предупреждения, видимо подумав, что я применил какой-то прием. Но результат, очевидно, был тот же.
Не самым приятным побочным эффектом оказалось то, что я стал еще медленнее. При той же силе размахивать кулаками, каждый из которых стал на десяток килограммов тяжелее, так же резво уже не выходило.
Но с учетом того, что мне теперь даже не нужно особо защищаться и встречать Влада я мог контрударами, вообще не закрываясь, это был неплохой размен. Закончили мы только через пару часов, когда он разбил об меня костяшки в кровь.
* * *
Олег прилетал со слежки два-три раза в месяц, сутки отсыпался, делал отчет Илье и улетал обратно, а Нина ворчала, что спит он почему-то у нее в рубке. Вера по вечерам играла с Вирром в прятки: уходила в доке за грузы и гасила свою ауру так, что я с трудом находил ее глубинным зрением. Он искал по запаху, находил каждый раз, и по связи мне приходило его веселье, огромное и совершенно щенячье удовольствие.