Мне было легче, чем им. Тело Практика здешний воздух терпело и без щита. Это я знал с первого дня, но только теперь оно оказалось важнее всего остального. Сферы тратили Эфир на то, чтобы дышать и не свариться заживо. Мне на то же хватало малости.
К четвертому заходу в воздух поднялся от силы десяток Сфер. Остальные били с земли вслепую, по тени в ливне. Роман был наверху, с теми, кто еще летал. Олег остался внизу и без своего босса как-то сразу сделался меньше ростом. Щит он теперь ставил только над собой и на тучу старался не глядеть. Паша забился под самую стену, закрыв голову щитом.
В очередной раз Змей скрылся в туче над горами, а вышел из-за башни. Там его не ждал никто, кроме, похоже, одного из людей Романа. Жилистый, с обожженной щекой, он уже висел с той стороны, и его удар встретил голову Змея прямо на выходе из облака. Голову мотнуло, но подпалины на ней опять не осталось.
После этого я начал следить за светом в туче. Жилы просвечивали сквозь нее, и свет выдавал Змея за пару вдохов до выхода.
В полную силу я ударил, когда он пошел вниз, на лежащих. Обух, взрыв, весь Дух, какой помещался в один удар, и алое пламя следом. Обух проломил шкуру у основания перепонки. Змея развернуло в воздухе. Перепонка хлопнула над самой равниной, и ветром от нее повалило даже тех, кто стоял под щитами.
Пролом получился в ладонь глубиной. На теле толщиной в шесть метров это была царапина, а ушла на нее десятая часть всего, что у меня оставалось.
Я встал в воздухе между ним и башней. Корень держал меня в ветре почти так же прочно, как на камне. Змей повисел напротив, нырнул в тучу и вышел с другой стороны. Я уже был там. Он попробовал опять, и я опять успел встать между ним и людьми.
Жилы на нем потухли, и во все стороны пошла волна Дюй — такого плотного, что воздух перед ним загустел и встал стеной.
По моему щиту она прошла катком. Щит выдержал, но за спиной у меня чужие щиты начали гаснуть один за другим, а я не мог растянуть свой щит на остальных.
Когда волна схлынула, в воздухе не осталось никого. Я спустился последним. Роман стоял у стены на одном колене и вставал с него медленно, упираясь рукой. Вера лежала на боку, без признаков жизни.
— За Демона двадцать пять высших дают, — сказал Игорь в камень перед собой. — Кто хочет, идите берите.
Засмеялись человек пять, хрипло, из тех, кому было уже все равно.
Вирр лег у моих ног. Трижды он поднимался на Змея по воздуху, и трижды его сбрасывало. Теперь он дышал с хрипом, уложив морду рядом с моим сапогом. Стаи его разбежались еще на втором заходе. От Демона обычные Звери бежали на чистых инстинктах, и хотя поначалу их удерживала воля Вирра, когда он пострадал от атак Змея, контроль ослаб и страх пересилил.