Пятый побежал. Я догнал его в три шага, сбил и сел на грудь, а правая рука сама легла ему на горло.
Он был молодой, насколько может быть молодой Сфера. Смотрел на меня снизу, под моей ладонью ходил его кадык, и ладонь уже начала сжиматься. Решения тут не было никакого. Была злость, что поднялась во мне в зале под ледником, и она говорила просто: дожми.
Но рука остановилась. Сама и даже раньше, чем я ей приказал, и на самом деле я не знал, кто ее остановил. Десятая Чара? Остаток расчета, который мне еще удавалось держать? Что-то третье, чему я не знал имени?
Пальцы разжались. Парень под ними вдохнул со всхлипом и закрыл глаза, потеряв сознание.
Я встал. Пристав лежал посреди улицы и тяжело дышал. Остальные тоже были живы, хотя и травмированы. Кажется, я ненамеренно сдерживался. Что же, ладно.
Стряхнул кровь первого с ладони, а потом пошел с улицы в темноту, прочь из города. К оврагу, где ждал Вирр.
Вторая стычка случилась через неделю. В другом уезде, на тракте перед рассветом, и была еще короче. Трое, без пристава, с одним Эфиром на троих, причем шли они за мной от последнего места в открытую. Тот, что шел посередине, был невысокий и очень худой, с темными волосами и светлыми глазами.
Я ударил его первым. Ударил сильно, потому что увидел в нем Клима. Он упал в снег с разбитым лицом и остался лежать, а я стоял над ним и только теперь понимал, что лицо чужое. Широкое, с бородой, лет на десять старше. Клим бороды не носил.
Не разобрал, били меня в этот миг двое других или не били. В итоге один лежал справа с вывернутой ногой, другой уходил на бреющем полете над трактом. Я не помнил, как положил одного и почему отпустил второго.
* * *
На Пашу вывел хозяин одной из гостиниц в Брянске. Он помнил не богатого гостя, а наоборот: парня, который за месяц спустил в казино при гостинице все, что имел, а потом нанялся охранником для богатых клиентов. В целом это мог быть любой случайный счастливец, но у этого на лице были приметные мелкие шрамы.
И хозяин помнил адрес, где он жил. Хотя это был даже не дом, а старый склад. Все деньги, что получал за работу, Паша снова просаживал в казино, и на жилье ему катастрофически не хватало.
Склад стоял на краю заводского двора, длинный, под закопченной крышей, и воротами выходил на пустырь, где днем разворачивались возы. Ночью возов не было. У ворот горел фонарь, под ним сидел сторож с трубкой.
Сторожу я соврал. Соврал складно, с подробностями: ищу шурина по имени Павел, сорок лет, сутулый, на лице оспины, должен мне за лошадь. Сторож выслушал, выбил трубку о сапог и кивнул на дальний конец склада, где грузчики спали в пристройке.