Люди работали быстро. Фон Кербер по громкой связи обратился к команде с просьбой: «Сделать все как надо». Жизнь огромного авианосца и всей эскадры зависела от темпа взлета самолетов.
Первыми от настила оторвались два «Рижанина». Нелепые бипланы с торпедами под брюхом сразу легли на курс. Слаженная команда авианосца справилась с работой всего за полчаса. Последними взлетели истребители. Они сразу разобрались по звеньям и эскадрильям, и взяли курс на зюйд-ост. Туда, куда за горизонт уходили стаи пикировщиков.
Все как на учениях. Мотор прогрет. Сигнальщик машет флагом. Машина снимается с тормоза и сразу рвется вперед. Сектор газа вперед. Стремительный разгон. Сразу плавный набор высоты. Вокруг грозная красота боевой эскадры. Ветер срывает с волн пенные гребни. Светит солнце. Над головой четкие построения ударных звеньев.
— «Дюжина», «девятка», идем, — звучит в динамиках уверенный голос ведущего. — «Девятка», догоняй.
Оглядевшись по сторонам Кирилл восхищенно присвистнул: все небо в самолетах! «Воротынский» уже отворачивал на походный курс. С громады «Наварина» один за другим, как снаряды из зенитки срывались крылатые машины. Завораживающее зрелище. Сколько нас! А ведь на палубах еще осталась половина истребителей. Это десятки стремительных стальных птиц. Грозная будоражащая кровь картина крылатых ангелов с бомбами и пулеметами. Поэтическое сравнение, конечно. Сталь слишком тяжелый материал. Современные самолеты делают из дюраля.
Эскадрилья растянулась широким фронтом. Высота шесть тысяч метров. Истребители догнали ушедших первыми штурмовиков и торпедоносцев. Далеко внизу над самыми волнами идут «Плетенки», держатся плотным строем. Две эскадрильи «Бакланов» забирают левее. А вон чуть ниже и справа еще истребители. Даже на такой дистанции можно разглядеть голубые кресты на килях и молнии на крыльях. Впрочем, силуэты даже спьяну не перепутать. Отличия бросаются в глаза.
По планам авиационного штаба все должны одновременно выйти к вражеской эскадре. Получится ли? Случайности на войне решают слишком многое. Можем ведь и разминуться, потерять минуты. Как бы облака не помешали.
— Говорит Оффенберг. Держать курс. Доворот на пять градусов.
— «Девятка» прикрывать мой хвост. «Дюжине» разрешаю атаковать самостоятельно. Далеко не отрываться, — звучит злой задорный голос Арсения Нирода.
Хорошо. Кирилл, довольно ухмыляется. Такое дозволение дорого стоит. Но пока держимся справа от лидера. Впереди по курсу появляются темные точки самолетов, у горизонта дымы. Вот они!
— Атакую! Все за мной! — чей-то возглас в эфире.