— Позвольте задать вопрос по небоевым потерям, — включился военный министр.
— В технике большие. Западная группировка потеряла пятую часть на маршах. С учетом отремонтированных машин и пополнения некомплект пятнадцать процентов на сегодня, — быстро ответил Лазарев. Начальник штаба фронта даже не заглядывал в блокнот чтоб вспомнить цифры.
— Боевые потери?
— Тридцать шесть танков, двадцать три «ослика» и «бычка», больше пятидесяти броневиков и бронетранспортеров. В основном потери несут разведбаты, они на легкой технике. Третий механизированный потерял под Эль-Хасакой шестнадцать танков и столько же штурмовых самоходов
Слушая Бориса Петровича князь Дмитрий понял куда клонит военный министр. Первая же неделя войны выявила большие проблемы со снабжением фронта. Все висит на Гиляньском участке железной дороги и порту Энзели. Туркестанские части стоят во втором эшелоне, их переброска вызовет проблему встречных перевозок. Однопутная железная дорога имеет свои пределы пропускной способности.
— Григорий Афанасьевич, твои соображения по второму этапу?
— Согласно плана, Ваше Величество. Конно-механизированная группа генерал-лейтенанта Кравцова проходит через Афганистан и создает угрозу северной Индии. На западе после выхода мехкорпуса к морю, при поддержке флота, на снабжении морем и через Турцию проходим через Палестину на Суэц и Порт-Саид. Британские части в южной Месопотамии, возможно с Багдадом забираем в большой котел.
— У французов в Сирии 120 тысяч штыков. Вы против них бросаете 80 тысяч с оперативным резервом. Справитесь?
Лицо Вержбицкого тронула легкая улыбка, выдала чувство этакого превосходства и самоуверенности.
— Масса пехоты значения не имеет. У нас уже через три дня задействуются новые аэродромы. Небо наше. Ориентировочно треть танков противника уже выбита в первом сражении. Поле боя за нами, подбитая техника тоже у нас. При превосходстве в подвижных частях, артиллерии и авиации до моря дойдем, не без проблем, но прорубимся. Будем громить по частям.
— Какие потери в технике ожидаются при снабжении через пустыню? — Дмитрий увидел слабое место плана генштаба. Хотя, альтернативы еще хуже, честно говоря. Изначально ставка делалась на молниеносный удар и бронированные кулаки механизированных частей. При наступлении по всем правилам, операция могла затянуться до середины лета. Тем более, у противника снабжение морем и формально равная группировка. У нас превосходство в технике и неустранимые слабости со снабжением. Это все молнией пронеслось в голове князя.
— Восточный план одобряю. Западный надо менять, — царь резко отодвинул стул и подошел к карте.