Мост оказался слишком далеко. Когда на фланге загремели тяжелые оружия, послышались гул моторов, частая стрельба, громкое русское «Ура», англичане не выдержали. Он остановились на минуту. В бою это очень много, непозволительная роскошь. А затем пришла смерть.
Иван Дмитриевич поднялся, опираясь на винтовку. Руки дрожали. Придирчиво оглядел себя, отряхнул грязь с кителя. До сих пор не верилось, что все закончилось. Сердце бухало в груди. В голове стучали молоточки. На губах чувствовался привкус крови и пороха.
— Ваше благородие, с вами все в порядке? — к поручику подбежал денщик. Мужик уже в возрасте, около сорока, ровесник самого Никифорова. За спиной солдата карабин, лицо в грязи и пыли, форма оставляет желать лучшего, на руках черные следы.
— Все хорошо, Петрович. Помоги санитарам. Видишь, наших поранило, — с этими словами Иван Дмитриевич пошел вдоль окопов.
Бой дорого обошелся саперному взводу. Никифоров остановился над телом подпоручика Аристова. Беднягу посекло осколками от близкого разрыва. Иван перевернул товарища на спину, разорвал на нем рубашку и остановился, лихорадочно соображая, что делать дальше? На помощь пришел Петрович, взявшийся перевязывать подпоручика.
— Жить будет. Видите, только мясо порубило. Давайте ваш пакет.
Преодолев минутную слабость, Никифоров помог денщику перевязать раны товарища. А затем к ним прибежали санитары.
— Найди взводного унтера, Генералов его фамилия, — просипел Андрей Иванович, — Антоном Капитоновичем величают.
— Знаю. Найду. Сегодня тебя с раненными в батальон отправлю.
— Подожди. Дай радио Никитину, подсчитай потери, постарайся из поселка не уходить. У тебя людей мало. Там пусть комбат усиление присылает.
— Все будет хорошо. Давай, держись Андрей Иванович, все подсчитаю, доложу, начну мост восстанавливать.
Никифоров прикурил папиросу и сунул ее мундштуком в рот Аристова. Не помешает немного обезболивающего. Подчиняясь его кивку, санитары положили раненного офицера на носилки и понесли к медпункту.
— Найди мне старшего унтер-офицера Генералова, — Иван Дмитриевич повернулся к денщику. — Затем дуй на берег, передашь ефрейтору Козлову, что все шабаш! Чтоб мины аккуратно снял. Пусть пеняет на себя, если вдруг случайно что-нибудь взорвет!
Кризис у Кепри дорого обошелся русской пехоте. Батальон капитана Болотина потерял больше половины личного состава. Конечно, легко раненные вернутся в строй, но не сегодня. Саперам тоже досталось. Враз осунувшийся, с посеревшим лицом взводный старший унтер доложил, что погибло семь человек, шестеро тяжело ранены, еще десятерых зацепило легко. Фактически взвод небоеспособен.