Еще он в подарок принес торт — настоящий «Киевский», которые привозились из Киева и продавались возле Киевского вокзала, что тоже на собравшуюся молодежь произвело сильное впечатление. Но в целом праздник Алексею понравился, особенно тем, как вела себя «молодежь»: как-то очень спокойно и без выпендрежа.

А спустя всего четыре дня, восемнадцатого июня, Алексея после сдачи последнего экзамена «срочно вызвали» в деканат, где он с огромным удивлением увидел товарища Абакумова. Однако Виктор Семенович даже вида не подал, что он с парнем раньше был знаком и сразу перешел к делу:

— Алексей… Павлович? Насколько нам известно, вы обладаете очень хорошими навыками в хирургии…

— Боюсь, что вас неверно проинформировали.

— Нас проинформировали, что вы очень хорошо разбираетесь в одной, прямо скажем, довольно узкой области этой хирургии, то есть что вы имеете громадный опыт работы с пулевыми ранениями.

— Ну, с пулевыми — да. Но даже в еще более узкой области: у меня есть опыт работы с пулевыми ранениями верхних конечностей… проще говоря, с ранами рук.

— К сожалению, там и таких ран ожидается слишком много, а опрошенные нами врачи говорят, что вы умеете их лечить чуть ли не лучше всех.

— Там — это где?

— В Корее. Клика Ли Сын Мана начала войну, и мы должны помочь братскому корейскому народу одержать в этой войне победу. И, конечно, постараться минимизировать потери. Поэтому мы просим… мы приглашаем вас оказать… методическую помощь нашим и корейских хирургам, в госпитале Хабаровска или во Владивостоке. Если вы согласны, то отправляйтесь как можно скорее. Мы можем вас отправить туда даже сегодня.

— Если туда ехать почти две недели, то один день роли не играет.

— Полетите самолетом. Он уже ждет в Монино, так что…

— Значит, едем в Монино. Надеюсь, смену белья мне там выдадут.

По пути на аэродром Алексей поинтересовался:

— А что там на самом-то деле случилось?

— Как это «на самом деле»? Война там началась.

— А кто ее, собственно, начал-то?

— Лично я думаю, что американцы. Ночью… прошлой ночью в очередной раз диверсионный отряд южан попытался прорваться в Пхеньяну, но уже не десятком человек с автоматами, а минимум ротой, причем с пулеметами и даже с минометами. И товарищ Ким решил, что дальше терпеть такие провокации он не намерен. Плохо, что нас он о своем решении не предупредил…

— Понятно. Но у меня есть опыт полевой хирургии, в Хабаровске и даже во Владивостоке от меня пользы будет ноль, так что лучше мне сразу в Пхеньян лететь. А вообще по ситуации… если вас интересует мое мнение…

— Меня — интересует.