— Ты что, она же тебе житья не даст. — Шепнула на ухо Алена. — Так и будет попрекать прошлым.

— Ален, не трогай меня. — Нервно отшил ее Денис. — Мне сейчас совсем не хочется думать об этом. — Денис прокашлялся. — Мужики, я нашел холодильник внизу, там запасов до хрена и больше в хорошем состоянии, но если не придумать, как продлить срок хранения, то им скоро конец.

— А что там? — Спросил Игорь.

Денис на свету разглядел его разбитое лицо, перемотанное цветной тряпкой.

— Больше всего там куриных тушек. Ну и в основном там мясо и молочные продукты.

— А кефир есть? — Выкрикнула жена Тагира.

— Наверное, я не рассматривал подробно, спешил обрадовать. Температура уже близка к комнатной, так что у нас совсем мало времени.

— Солить надо и коптить. — Предложил Евгений. — Соль есть у нас?

— А кто его знает? — Ответил кто-то. — Искать надо.

— А коптить на чем? Здесь ни одной настоящей деревяшки не найти, химия одна.

— В «Качелях» хлебные витрины из дерева были. Сейчас они под слоем грязи, но если их достать, то вполне сгодятся. — Денис поделился тем, что успел рассмотреть и запомнить.

— А где коптить? — Спросил Федор.

— Коптильню сделать — раз плюнуть. — Успокоил его водитель Игорь. — Здесь столько вентиляции, на коптильный цех хватит.

— А если в тушенку сварить мясо? — Предложила женщина из обрушившегося дома. — Кастрюлям жара точно ничего не сделала.

— Дело говорит. А тушенку хоть на резине можно готовить, если крышкой накрыть.

— Но соли надо бы найти. Без соли еда не сохранится.

— Чего сидеть, болтать, пошли вниз, разгребать грязь. — Решительно произнес Игорь. Его смешная повязка на лице совсем не вязалась с его тоном. — Пока новая гадость не началась.

Небеса будто вняли его словам, предупреждающе громыхнули. Народ спешно покинул третий этаж, оставив фельдшера, раненого мужчину, детей и горюющую супругу покойного Шурика. Денис задержался, хотел сказать ей что-нибудь ободряющее, но не нашел слов. На выходе его ждала Алена.

— Денис, прекрати к ней лезть. Будет только хуже. Она решит, что ты ей должен теперь по гроб жизни.

— Слушай, я сам знаю, что делать. — Хотя Денису и показались убедительными слова Алены, ему не нравилось когда указывают.

— Я с людьми поговорила, если эта дура после того, как нас поднимут, начнет попытки выставить своего мужа несчастной жертвой, а тебя убийцей, мы все дадим показания, что ты защищался и что этот Шурик применял насилие и не раз угрожал смертью. Доказательств у нас море.

— Спасибо. А ты сама-то веришь в это?

— Во что? — Не поняла Алена. — В то, что ты невиновен?