Курсанты торопливо разматывают сверток, в середину для тяжести Фетте завернул собственный парадный шлем, остальное — собственно праздничный флаг из плотной отличной ткани.

— Скорее всего, мы девицу не удержим, — вполголоса бормочет Вольц. — Но это ничего, под нами мостки, они, да и мы сами, смягчим удар. Сломает себе что-нибудь, но в замке отличные врачи, подправят.

Курсанты встряхивают и растягивают флаг. По-правде говоря, для надежного удержания нужно человек шесть. Но их взять неоткуда, помощь может прийти, лишь когда подвезут резервные «штурмовые» мостики, девчонке наверху столько не продержаться. Сейчас пара спасателей и жертва отрезаны от остального мира, вся ответственность на курсантах, отвечать тоже им. Мама предложила бы хорошенько подумать, прежде чем лезть в столь сомнительное дельце. Но медицинен-сестры здесь тоже нет. К счастью.

— По крайне мере, мишень обозначена отлично, — бурчит Вольц, глядя на центр полотнища — белый круг с черным «пауком» посреди красного прямоугольника ярок даже в дождливой темноте. — Может, и не лопнет, а мы ее поймаем. Почему бы и нет?

Он задирает мокрую морду и командно орет:

— Фрау, прыгайте! Мы наготове, подхватим. Не волнуйтесь, здесь старшие курсанты!

Бедняга наверху даже не шевельнулась. До нижних концов тросов всего два человеческого роста, но девушка зависла-оцепенела гораздо выше. Видно её плохо (ну, кроме пятна крахмальных юбок, разумеется), но похоже, она совершенно не в себе.

— Прыгайте! — оглушительно орет Вольц. — Осторожно и аккуратно разожмите руки!

Наверху не малейшего движения.

— Бессознательна от страха, но инстинктивно держится? — озабоченно предполагает Вольц. — А так бывает?

— Вряд ли. Похоже, она просто не слышит.

— Наши действия? Допустим, Фетте перекидывает пи-лумы, мы осторожно спихиваем упрямицу? Нет, нам длины рук не хватит, — Вольц не шутит, он сосредоточен, просто просчитывает самые элементарные и доступные варианты. — Лестницу передавать и ставить бесполезно — стена слишком далеко, опоры не будет. Иные варианты?

— Подсади меня, я ее отцеплю.

— Шутишь? Это же не гимнастическое упражнение на турнике, — вот теперь старший курсант по-настоящему встревожен.

— Справлюсь. Если дотянусь, — бормочет Верн. — Спину подставь.

Вольц ругается, но сгибается и упирается руками в колени.Верн взбирается на спину друга — момент отвратительно шаткий, в самом прямом смысле — мостик неустойчив, вокруг проклятые стеклянные шипы, до стены замка, о которую можно было бы опереться, добрых два метра. Отвратительная постройка этот Хейнат.