— Это кто? — спросил у меня майор.

— Это потерпевшая, которой нравится, что её бьёт, вот этот вот драчун.

— Девушка, это он вас? — спросил он у девушки.

— Нет, это я сама! — ответила она.

— Есть видеозапись, как данный весельчак её лицом об стол бьёт, а потом прописывает мне вертушку в грудь, плюс имущественный потери собственника «Лепрекона».

— И что ты от них хочешь? — спросил у меня дежурный.

— Как что? 318-й и 213-й УК РФ и 19.3 КоАП РФ. Но если вы против, могу отпустить их прямо сейчас, но тогда он её убьёт, и её жизнь, смурфика, будет на вашей совести, — произнёс я.

— В 214 кабинет веди, — произнёс он, и магнитная дверь перед мной открылась.

Мой взводный в этом разговоре не проронил ни слова. Ну и ладно.

Наверху нас встречало следствие и опера, и, перецепив наручники на парне на их местные браслеты, я скопировал им видеоматериалы и, по их просьбе написал рапорт о моих действиях, в ответ на которые и были совершены деяния, предусматриваемые 318-й статьёй УК РФ.

А спускаясь вниз, меня остановил дежурный, выйдя из дежурки сразу напротив комнаты разбора.

— Мне твой взводный рассказал, что у тебя после того боя странности в восприятии реальности, — начал майор.

— У меня странности? — переспросил я, останавливаясь. — Антох, иди в машину пока.

И мой третий пошёл, выходя из РОВД.

— У меня тоже ПТСР был, после второй чеченской. Так что у нас с тобой ровно, просто надо выполнять свою работу, — произнёс майор.

— Слушайте, у меня есть непосредственное начальство, которое от меня требует в том числе решать и их задачи. А по вызову от Какразовой Маши: Она этим износом давно всех стращает, и насколько я знаю, до написания заявления дело так и не дошло.

— Да понятно по ней всё. Ладно, давай, считай, проехали. Хорошей смены, еще увидимся, — проговорил он, и мы пожали руки.

Выходя из РОВД, я снова сел в машину. Взводный оказывается нашёл слова, чтобы подобрать ключи к сердцу дежурного по РОВД, фантастика!

А далее была рутина: несколько квартир «снялось», кое-какие объекты удалось перезакрыть с помощью дежурного и с помощью вторых ключей, хранящихся в специальной комнате за оружейкой в запломбированных контейнерах; как я понял, такая процедура делалась по договорённости с хозорганом (собственником квартиры), но вот некоторые приходилось охранять, и, выставив третьего на одном адресе, я выехал на другой и сам встал охранять объект.

Обед был под угрозой и, похоже, плавно перерастёт в ужин, а я стоял на лестничной площадке, скучал, смотря на мерцающую контрольную лампочку над квартирой; сейчас хоть сотовые есть, можно хоть как-то голову переключить, если заряда хватит, не представляю, как ОВО работало в моё время. Встал такой боец и простоял в информационной тишине часов шесть на квартире, ни присесть, ни в туалет отлучиться.