Семён Захарович достал из портфеля блокнот и начал делать пометки. Нужно будет организовать специальное конструкторское бюро, создать мощную производственную базу для окончательной отработки технологии выпуска и монтажа панелей и подготовить кадры строителей и монтажников новой формации. Все это разумнее всего начинать делать в Сталинграде, на базе этого пока крохотного экспериментального завода, примостившегося с краю Сталинградского Тракторного.

Работы непочатый край, но результат того стоит. Он уже видел, как в городах и посёлках по всей стране поднимаются новые дома, как люди получают современное благоустроенное жильё. Это была мечта, которая могла стать реальностью.

И все эти «игрища», происходящие вокруг его странной комиссии, были, по его мнению, мелочью.

Но Семён Захарович Гинзбург сильно ошибался в своей оценке инспекции, которую он про себя назвал «игрищем». На самом деле это была серьёзнейшая геополитическая игра, которая, возможно, будет иметь огромнейшее значение для всего глобального расклада сил на мировой арене после окончания ещё идущей мировой войны.

Руководство СССР отлично было осведомлено об экономическом сотрудничестве между США и нацистской Германией, потому что это не скрывалось, и американские корпорации официально работали в Германии до 1939 года. Советская разведка и дипломаты отслеживали иностранные инвестиции в германскую промышленность, и в советской и западной прессе периодически появлялись материалы о роли иностранных концернов в индустриализации Рейха.

За примерами далеко ходить было не надо. Крупнейшие автомобильные гиганты США были в первых рядах производителей военной автомобильной техники Германии. Филиалы «Дженерал моторс» и «Форда» исправно поставляли вермахту грузовики и двигатели. Технологии производства синтетического топлива и присадок, табуляторы были американскими. С нацистами открыто сотрудничала Международная телефонная и телеграфная компания, ITT. Дочерние компании американских нефтяных концернов обеспечивали германскую военную машину топливом и маслами.

СССР воспринимал это как часть общей политики западных стран по «умиротворению» Гитлера и как попытку направить германскую агрессию на восток.

После начала Второй мировой советское руководство подозревало, что экономические связи США с Германией продолжаются через нейтральные страны. Однако достоверной картины тайных схем не было. Тем более что СССР в этот период сам вёл ограниченную торговлю с Германией, что снижало его моральную позицию для открытых обвинений.

С Великобританией всё было ещё более печально. Чего стоили одни открытые приготовления к вступлению в войну на стороне Финляндии зимой 1939–1940 годов. Англо-французский экспедиционный корпус готовился высадиться в Скандинавии, союзники всерьёз рассматривали планы бомбардировок бакинских нефтепромыслов. Только стремительное завершение Зимней войны помешало этим планам осуществиться.