— Ты думаешь, он сам захочет помочь? — уточнил Виктор Семёнович.

— Не просто захочет, — возразил я. — Он сам прибежит и спросит, чем он может помочь. А мы ему скажем: вот вам задание, организуйте из соседей черкасовскую бригаду. И поверьте, он организует. Потому что видит, что его дом ремонтируют, и хочет, чтобы быстрее закончили.

— А ты уверен, что люди, проживающие в частном секторе, пойдут в черкасовские бригады? — продолжал высказывать свои сомнения Виктор Семёнович. — Ведь это дополнительный труд после работы.

— Уверен, — безапелляционно заявил я, всем своим видом демонстрируя свою уверенность. — Люди заинтересованы в том, чтобы их дома отремонтировали быстрее. И они понимают, что чем больше помощников, тем быстрее закончится работа. Это в их интересах.

— Хорошо, — согласился со мной Виктор Семёнович после небольшой паузы. — Логика в твоих словах есть. Что ещё?

Я рассказал о своей беседе с нашими хозяйственниками, подробно изложив их план восстановления здания обкома. Виктор Семёнович достаточно долго молчал, барабаня пальцами по столу и глядя куда-то в сторону, а потом с ноткой неуверенности сказал:

— Мы с товарищем Чуяновым доложим Москве, — он посмотрел на часы и поднялся из-за стола. — Всё, пошли. Первый ждёт.

Чуянов, конечно, поздравил меня, крепко пожав руку. Его рукопожатие было тёплым и сильным.

— Заслужил, Георгий Васильевич, честно заслужил, — сказал он с искренней улыбкой. — Мало кто из молодых бойцов может похвастаться такой наградой.

— Спасибо, Алексей Семёнович, — ответил я, стараясь держаться скромно.

— А затем попросим доложить о состоянии дел, — продолжил Чуянов, усаживаясь за свой стол и указывая нам на стулья напротив. — Слушаю вас, товарищи.

Говорил только Виктор Семёнович, я всего лишь несколько раз кивнул в знак согласия с его словами. Он всё излагал чётко, по пунктам, время от времени заглядывая в свою рабочую тетрадь. Чуянов слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка делая какие-то пометки у себя.

Слушая доклад второго секретаря Сталинградского горкома ВКП(б), Алексей Семёнович Чуянов думал о том, как каким-то причудливым образом за каких-то полтора месяца его личная судьба, и, возможно, даже жизнь, полностью стали зависеть от успешности какого-то молодого девятнадцатилетнего инвалида.

Он, конечно, не простой инвалид, а настоящий герой войны, теперь вот Герой Советского Союза, судьбой которого интересуются известнейшие на весь мир советские военачальники: Рокоссовский, Чуйков и Родимцев. Чуянов своими глазами видел пришедшие телеграммы от них, читал их тёплые слова о Хабарове.