— Фундамент там, знаете какой? — оживился Громов. — В девятнадцатом веке строили на совесть. Двадцать два метра в глубину! Представляете? На болоте строили, вот и пришлось такой делать.

— Двадцать два метра? — переспросил я, действительно поражённый. — Да это же колоссальная работа была.

— Вот именно, — кивнул второй хозяйственник. — Такое добро терять нельзя. Мы так думаем: снести то, что над землёй, а на фундаменте новое здание возвести. Попроще, конечно, чем было. И потом оба здания соединить.

И вот это получающееся огромное здание вполне можно будет использовать для размещения всех областных и городских партийных и прочих властей. А со временем, возможно, для городских структур построить что-нибудь отдельное.

— План, конечно, вне всякого сомнения, хорош, — сказал я, отрываясь от чертежа. — Но вот что я вам скажу, товарищи.

Громов и его коллега насторожённо посмотрели на меня.

— С учётом существующих реалий Москва не даст разрешения на такое восстановление и тем более новое строительство, — продолжал я. — Вы представьте, сколько для этого требуется рабочих рук, финансов и материалов. Нет, товарищи, сейчас это нереально.

— Вот тут вы не правы, товарищ Хабаров, — возразил Громов, и в его голосе появились азартные нотки. — Мы всё продумали. Всё до мелочей просчитали.

— Мы ни на одного рабочего, занятого на восстановлении города, не претендуем, — подхватил второй хозяйственник. — Понимаете? Ни на одного!

— Как это? — удивился я.

— А вот так, — Громов явно наслаждался моим удивлением. — У нас есть своя ремонтная бригада, она достаточно мощная, почти тридцать человек. Профессионалы, между прочим. Есть штукатуры, плотники, каменщики.

— Половина бригады начнёт восстановительные работы, а черкасовские бригады обкома, горкома и исполкомов будут им помогать, — пояснил его коллега. — Своих работников, значит, используем. На субботниках, по вечерам.

— И вот таким образом мы приступим к восстановлению нашего разрушенного здания, — закончил Громов. — А чтобы материалы не шли из государственных фондов, наши бригады периодически будут работать на кирпичных и цементных заводах. Отработаем материалы своим трудом, понимаете?

Я задумался. Действительно, план был продуман. Хитро, надо признать.

— А сколько вы времени на всё это закладываете? — спросил я.

— Года три-четыре, не меньше, — честно ответил Громов. — Но зато не отвлекаем общегородские ресурсы.

— Хорошая в принципе идея, — согласился я. — Я доложу. Но решение принимать не нам.

— Мы понимаем, товарищ Хабаров, — кивнул Громов. — Но вы уж постарайтесь правильно подать. Это ведь действительно разумное предложение.