— Спасибо тебе, Егорыч, за точный расчет. Надо сейчас крепко поднажать, а потом еще раз хорошо поднажать дополнительно. От этого, ты даже себе не представляешь толком, как много чего зависит для всех нас.

— А нам простым рабочим это все и знать особо не положено по уму, — философски ответил мудрый Егорыч с улыбкой. — Об этом пусть голова болит у тебя, Георгий Васильевич, и у тех больших начальников, кто выше тебя стоит. А наше простое дело такое: бери больше, кидай дальше и гайки крути быстрее. Начнешь слишком много думать, руки сразу становятся корявые и неумелые. Я народу своему так прямо и объясню: сам Егор Василич сказал надо срочно. А тебя тут на заводе все очень уважают и в твое слово верят безоговорочно.

Старый мастер почтительно развернулся и медленно отошел от нас, оставив меня в приличном изумлении от его речи. Кошелев искоса многозначительно посмотрел на меня и иронично хмыкнул с усмешкой.

— Хватит над начальством открыто подсмеиваться, Дмитрий Петрович, — шутейно заявил я Кошелеву с улыбкой. — А то сильно разозлюсь на тебя и отменю свое недавнее решение о смещении тебя с ответственного поста главного инженера треста.

Но он совершенно не угомонился и, хмыкнув еще раз громче, спокойно сказал с ухмылкой:

— Так тебе же самому только хуже будет от этого опрометчивого решения, я думаю и надеюсь, ты сам понимаешь это правильно.

— Ладно, я сейчас еду к Гольдману на завод, — перевел я разговор в другое русло. — Ты мне только на прощание вот что честно скажи: сколько ты всего примерно техники выдашь за весь период?

— Сложно точно сказать заранее, — Кошелев задумчиво взял в ладонь свой подбородок. — Месяца полтора-два мы еще будем снимать жирные сливки с легких машин, а потом неизбежно начнется заметный спад производства. Восстановить теоретически можно очень много чего разного, но скоро обязательно начнет появляться серьезный дефицит некоторых важных запчастей и комплектующих. Придется даже многое что-то изготавливать самим своими силами. А так работы хватит на несколько долгих лет только на том металле, что под Сталинградом немцы набили и на Северном Кавказе оставили. Скоро наши немцев еще дальше на запад погонят быстро, а разборку трофеев все равно лучше у нас здесь делать централизованно, если рассчитывать, что переплавка ненужного металлолома тоже здесь будет налажена.

На большие заводы я решил сейчас специально не заходить и не заезжать туда. Мне было важнее срочно узнать, как именно дела обстоят с нашими ключевыми новыми производствами на данный момент. Поэтому я сразу же поехал прямиком к Гольдману на экспериментальный завод.