Вот сволочь.
— Извини, куколка. — Мейсен достает изо рта соломинку и с самодовольным видом пялится на меня. — Я и не думал превращать тебя в грязную девчонку.
Эти слова двусмысленны, и его новые дружки заливаются хохотом. Я крепко сжимаю зубы, умирая от желания залепить ему пощечину и стереть эту дурацкую улыбку. Но они с друзьями уже идут в дальний конец коридора, в сторону столовой.
Он всегда умеет произвести впечатление, правда?
— Придурок, — резюмирует Лайла. — Пойду в туалет отмываться.
Она пробирается мимо меня, Тен следует за ней, качая головой и весело улыбаясь.
— Увидимся в столовой, — говорит он, проходя мимо меня.
Я разворачиваюсь, снова открываю шкафчик и достаю испорченный Мейсеном кашемировый шарф. Он уже грязный, так что какая разница? Вытираю им ноги и закидываю обратно в шкаф, мысленно отмечая, что надо вечером забрать его домой и постирать.
Звенит звонок, и я направляюсь в столовую. Я такая голодная, что действительно собираюсь поесть, а не делать домашку, как обычно. Поэтому оставляю книги в шкафчике.
Проходя мимо кабинета физики, замечаю, как слева ко мне приближается что-то темное. Я едва успеваю понять, что это Мейсен, как он затаскивает меня в класс. Обескураженная, стою в пустом кабинете и жадно вдыхаю воздух. Он закрывает дверь, подходит ко мне и прижимает к стене.
Сердце в груди бешено колотится, а в животе что-то сжимается. Но я давлю в себе это чувство. Гляжу на него, гордо задрав подбородок и уперев руки в бедра. Заставляю себя хотя бы выглядеть спокойной.
Он смотрит на меня сверху вниз и ничего не говорит, но его грудь уже касается моей. Тусклый свет пробивается из окна, в комнате почти совсем темно, отдаленные разговоры и смех доносятся из столовой.
Он так близко.
Все тело начинает гореть. Я чувствую на губах его дыхание.
— Чирлидерский костюмчик — полный отстой, — говорит он.
Я наклоняю голову набок.
— Забавно, потому что минуту назад ты глаз от меня оторвать не мог.
Он опускает взгляд на мои губы, наклоняется, мы оба начинаем дышать чаще, и я уже почти вновь ощущаю его вкус.
Я облизываю губы.
И он теряет контроль.
Наклонившись, хватает меня за ягодицы, приподнимает, и я со стоном обхватываю его руками и ногами. Да.
Приоткрываю рот и провожу губами по сережке, наслаждаясь ощущениями, а он сдавленно стонет и крепче вцепляется пальцами мне в бедра. Я сильнее прижимаюсь к нему ногами.
— Сучка, — шепчет он.
— Кретин.
Потом касаюсь сережки самым кончиком языка, и его терпению приходит конец.
Мейсен впивается губами в мои губы и начинает страстно целовать, двигаясь резко, то и дело касаясь языка. Он такой теплый и вкусный, что я теряю рассудок, перестаю дышать. Мне наплевать. Я просто хочу еще, больше и больше…