Служебная квартира инквизиции в Париже
Вечер следующего дня
Корвин открыл глаза.
Ему было плохо, голова болела, всё тело онемело и не слушалось. Хотелось провалиться в забытье, но Корвину что-то мешало это сделать. Возможно, ошейник, впившийся в кожу несколькими шипами.
Аристократ из древнего польского Рода ещё никогда не чувствовал себя таким слабым. Он сидел на деревянном стуле, кисти были скованы за спинкой. Ноги тоже к чему-то привязаны или примотаны. А напротив стояли те, кого Винсент Корвин предпочёл бы никогда не встречать лично. Лысый мужик, от которого веяло запредельной жутью, и седобородый хмырь, неестественно высокий и прямой. Бритоголового Корвин знал — это отец Бронислав, возглавлявший штурмовиков во Франции. Обладатель чёрной рясы и неприятной репутации.
— Отец Бертран, — представил своего спутника лысый. — Экзекутор девятой ступени.
Экзекуторы.
Винсент что-то о них слышал.
Кажется, эти ребята допрашивали отступников, причём могли использовать любые средства — от артефактных пыточных устройств до механизмов, ломающих психику.
Бертран сделал шаг вперёд.
И в его бездонных серо-зелёных глазах Корвин увидел свой приговор.
— Нам нужны имена, — бесстрастно сказал экзекутор. — Командиры Тёмной Реки. Заговорщики, скрывавшиеся под масками в клубе «Мизантроп». Все, кто общался с тронутыми или входит в вашу организацию.
— А ещё мне нужен Гинденбург, — добавил отец Бронислав. — Я хочу знать, по какому маршруту движется его дирижабль. Перечисли остановки и время прибытия. Уточни, как вы связывались. Как он принимал отчёты.
— Вы же меня убьёте, — просипел Корвин.
— Не стоит этого исключать, — признал Бронислав. — Но если ты не пойдёшь на сотрудничество, может произойти кое-что похуже.
— Что? — Винсент уже предвидел ответ.
— Редактирование судьбы, — отрезал Бронислав. — И полное уничтожение твоего Рода.
Корвин молчал.
И тогда экзекутор нажал кнопку на пульте, который до этого скрывался в одном из карманов рясы.
Чудовищная боль впилась в позвоночник Винсента. Заработал ошейник. Перед глазами поплыли бордовые круги, затем наступила тьма…
Из которой его вывела звонкая пощёчина.
— Всё только начинается, — процедил экзекутор.
— Можно у тебя халат позаимствовать?
— Хоть два, — разрешил я.
Ашанти выскользнула из койки и, виляя бёдрами, направилась к шкафу. Хороша чертовка! Смуглая, черноволосая, улыбчивая. Как и все индусы. Волосы пышные и длинные. Глаза чёрные, манящие… Я невольно залюбовался фигурой красотки, с которой мы развлекались несколько часов подряд.
— Что? — девушка поймала мой взгляд на своей попке.