В планы Антоши урезонивание не входило, поэтому он решил несколько события поторопить:

— Можете себе представить, mes amis, чтобы молодой человек с такими данными, как Петр, наотрез отказывался от военной стези? Ma chère grand-mère уже его и так и этак уговаривала, а он ни в какую не соглашается.

— В роду Вороновых все достойные мужчины оканчивали военное училище, — довила София, жеманно улыбаясь, — поэтому мне тоже сложно понять нежелание Петра.

— Возможно, он просто трус? — заявил нетрезвый офицер.

— Георгий, что вы такое говорите? — хихикнула София. — Среди Вороновых трусов нет, это я вам вполне определенно говорю.

Если не считать ее супруга и Максима Константиновича — и это при условии, что с остальными Вороновыми я пока не знаком.

— А у самого Петра языка нет? Отвалился? — ехидно бросил Георгий.

— Мне неинтересно это направление деятельности, — холодно сказал я, уже понимая, к чему все идет: не для того Антоша старательно наводил на меня этого типа, чтобы сейчас спустить все на тормозах.

— Именно так он и отвечает, — с деланой грустью сказал Антоша. — Мол, если у мужчины в голове есть мозги, делать ему в военном училище нечего.

— Это он про нас так? — взревел пьяный Георгий. — Оскр-р-рбление. Оно смывается только кр-ровью.

Рычал он грозно, но я только теперь сообразил, что он не столько пьян, сколько играет роль, а значит, с Антошей у них есть какая-то договоренность. Дурацкая ситуация, в которую я попал по своей же глупости из желания соблюдать все присущие дворянскому сословию условности. Не стоило сюда приходить.

Остальные гости были не в курсе Антошиных планов и договоренностей, потому что Георгия пытались успокоить, но неудачно: он прорвался ко мне и запустил перчаткой, которую я поймал у своего лица.

— Сударь, вы оскорбили всех военных, — заявил он. — Я вас вызываю. Прямо сейчас. Бой до смерти.

Один из военных влез между мной и этим типом, не дав мне ответить.

— Антон, утихомирь своего друга, — сказал он. — Он ведет себя неприлично. Ему нужно проспаться и успокоиться.

— Я не могу вмешиваться в вопросы чести, — пафосно ответил Антон. — Если mon cousin откажется от дуэли…

То мне будет закрыта дорога во все приличные дома Святославска. Это понимали все, несмотря на абсурдность ситуации.

— Я не отказываюсь, — ответил я. — Но разве время, место и оружие выбирает не вызываемая сторона? Не много чести победить едва стоящего на ногах человека.

— Я достаточно хорошо стою на ногах, чтобы не оставить от тебя мокрого места! — рявкнул Георгий.

— Вы так спокойны… — обратилась к моей супруге одна из дам. — Нужно что-то срочно делать, чтобы не допустить дуэль.