Пустым бахвальством слова старого знакомого точно не были, поэтому я проглотил очередную колкость и спросил:

— У тебя есть какие-то зацепки?

— Нужно перетряхнуть пахартскую общину, — кровожадно оскалился Сирлин. — Отыщем почитателей Ашну Черного — отыщем Луизу.

— Пф-ф-ф! — не выдержал до того безмолвствовавший Эдвард Рох. Он поднялся из кресла и небрежно отпнул попавшийся под ногу персик. — При всем уважении, Густав, но ты совершенно оторвался от наших реалий! За время твоего отсутствия Святые Земли стали несколько менее святыми, чем были раньше. Переселенцы плюют на наши законы, каждый второй втайне продолжает почитать своих языческих божков, а каждый четвертый делает это открыто. — Лучник усмехнулся и указал на меня. — Не далее как месяц назад Себастьян презентовал кисть одного из попавших в немилость бедолаг, так ее полностью покрывали ритуальные татуировки этого вашего Ашну Черного. И думаешь, таких в городе единицы? Ха! Нет счета им, имя им — легион!

Густав Сирлин был знаком с лучником не один год, поэтому подвергать его слова сомнению не стал и лишь вопросительно хмыкнул:

— Кисть, да?

— Пришлось немного укоротить загребущие руки, — пожал я плечами. — Обычное дело.

— Значит, все не так просто, как представлялось мне из Пахарты, — задумчиво пробормотал чернокнижник. — Досадно…

Но тут Карл Вадер оторвался от разговора с Ловкачом и напомнил:

— Густав, ты еще о какой-то жрице говорил.

— Пустое! — отмахнулся расстроенный Сирлин.

— Нет, подожди, — заинтересовался я. — Что за жрица?

Сирлин болезненно поморщился и особо откровенничать по какой-то причине не стал.

— Ведьма, — просто произнес он. — Молодая стерва, но крови моим людям изрядно попортила.

— Вот как? — Я задумчиво потер подбородок и повернулся к Ловкачу: — Якоб, помнишь пахартскую девку, которая едва не увела у Лаурая игорный дом?

— Нет, не может быть! — вскинулся Клаас Дега. — Простое совпадение, не иначе!

— Помолчи! — оборвал я помощника. — Сядь и помолчи!

Потом смежил веки, припоминая подробности.

— Кожа с оливковым оттенком, черноволосая, разрез глаз — миндальный. Высокая, стройная и с крупной грудью. — Открыл глаза и спросил: — Полукровка?

— Она! — подтвердил Густав и хрипло выдохнул: — Где ты ее видел?

— Да ты никак на нее глаз положил?

— Могильный камень я на нее положил! — рыкнул чернокнижник. — Отнесись к этому серьезней, Себастьян! Если эта тварь заполучит мою дочь и доставит ее в Пахарту, мне даже сдохнуть по-человечески не дадут! Я даже вены себе вскрыть не смогу, это ты понимаешь⁈

Я оглядел всех присутствующих и ухмыльнулся: