— Господин Март! — окликнул меня болезный господин и улыбнулся: — Рад видеть, что с вами все в порядке!

— Более-менее, — вздохнул я в ответ. — Более или менее.

— Но вы ведь еще с нами?

— С этим не поспоришь.

— Думаю, вам просто необходимо сейчас пропустить кружку-другую холодного пива, — посоветовал болезный господин. — Здесь за углом, есть чудное заведение — «Хромой циркач». Одолеет меланхолия или просто дурное настроение, загляните туда, уверяю — все проблемы как рукой снимет…

— Непременно загляну, — кивнул я, прекрасно поняв невысказанный напрямую намек.

«Хромой циркач»? Что ж, буду иметь в виду…

Вербовщик, — а теперь в этом сомнений не осталось ни малейших, — укатил, я печально вздохнул и зашагал к помощнику, который решил возле дворца лишний раз не светиться и велел загнать карету в ближайший переулок. И правильно сделал — еще не хватало, чтобы парней за праздношатание в околоток загребли.

Стоило только подойти к карете, как встревоженный Дега накинулся с расспросами, но мне было не до него.

— Не сейчас, — отмахнулся я от помощника и приказал сидевшему на козлах Гастону: — Давай к законникам.

— К законникам? — удивился Клаас.

— Надо с Майло переговорить, — буркнул я, развалился на сиденье и прикрыл глаза. — Разбуди, как приедем.

Но сон как рукой сняло. То ли кофе подействовал, то ли нервотрепка сказалась, только уснуть не получилось. Так и просидел всю дорогу, глядя в окно, благо ехать было недолго.

Слегка попетляв по узеньким улочкам старого города, карета прогромыхала колесами по неровной брусчатке моста через Эверь и свернула к казармам городской Стражи. Контора моего поверенного располагалась аккурат через дорогу от канцелярии местного отделения департамента дознания, и это обстоятельство без каких-либо дополнительных затрат обеспечивало ушлому законнику постоянный приток новых клиентов.

Майло Живиц был человеком на редкость вдумчивым и предусмотрительным. Поговорку «семь раз отмерь, один раз отрежь» придумали будто специально про него, только законник отмерял , а отрезали обычно люди вроде меня. И даже зачастую не отрезали, а резали по живому.

Выбравшись из кареты, я велел Ори и Гастону дожидаться нас на улице и в сопровождении одного лишь Дега поднялся в контору. Кивнул там парочке угрюмого вида охранников и без стука прошел в кабинет.

— Доброе утро, Майло, — поздоровался с порога. — Как поживаешь?

Живиц встрепенулся, подслеповато сощурился и ответил на приветствие с явственно прозвучавшим в голосе удивлением:

— Утро доброе, Себастьян! — Тщедушный законник, впрочем, моментально пришел в себя, он отыскал лежавшие на столе очки в массивной роговой оправе, водрузил их на переносицу и уже куда уверенней продолжил: — Рад видеть тебя в добром здравии!