Мы медленно шли по коридорам базы.Гром, угрюмый, в разгрузке, кажется, еще более распухшей от инструментов, гаджетов и приспособлений, что он туда напихал, легко, как пушкинку, нес свой пулемет. Учитывая еще и огромный рюкзак за его спиной — страшно подумать, какой общий вес он тащил. Лиса шла легко, но лицо девушки было напряженным. Небольшой рюкзак, легкая винтовка с оптикой и пистолет на бедре — вот и все снаряжение. Рядом с ней шел Шило — тот самый татуированный, с хвостом. Он выглядел, как хорошо вышколенный питбуль: спокойный внешне, но напряженный внутри, и готовый в любой момент впиться в глотку. Ворон и Сытый держались чуть позади. Первый — молчаливый, с колючим взглядом. Второй — круглолицый, с вечной слегка наивной полуулыбкой. Сытый тоже волок тяжеленный рюкзак, Ворон шел с обычным рейдовым. Не могу сказаь, что мне нравилась его компания, но выбирать не приходилось.

— Слушай, — вдруг подал голос кто-то сбоку. Я повернулся на звук. О как, погяди-ка — Серый. Он стоял, чуть наклонившись вперед, тиская лямки старого рюкзака. На шее — автомат. На лице ни следа прежней наглости и уверенности в своей правоте. Уязвленное, смятое, почти умоляющее.

— Возьмите меня с собой, — проговорил он глухо. — Я должен…

— Нет, — покачал я головой. — Дорога ложка к обеду, Серый. Сейчас — поздно. Прости.

Он отвел взгляд, стиснув зубы, и не сказал больше ни слова. И слава богу. Не хватало еще, чтоб сейчас унижаться передо мной начал.

Мы вышли в тоннель, ведущий к выходу. Там уже ждал Север, за его спиной — несколько бойцов и техников. Холодный, прямой, как арматурина. Гром остановился рядом, и они посмотрели друг на другу, будто два старых пса, знающих, что эта встреча может быть последней.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказал Север.

— Я всегда знаю, что делаю, — буркнул Гром. — А если и нет… — он хмыкнул. — Тогда я хотя бы делаю это с размахом.

— Не подведи, — Север посмотрел в упор. — Не время сливать топливо в землю, Гром. Ты понимаешь, о чем я.

Тот коротко кивнул. Угрюмо. Понимающе.

Север перевел взгляд на нас и сказал уже громче:

— Я не знаю, вернетесь ли вы. Пять человек — это слишком много для убежища. Если мы потеряем еще и вас… — я отметил, что меня Север не посчитал. Ну, что ж, не могу его осуждать. Я для них — чужак, еще и потенциально опасный. Сгину — просто одной проблемой меньше станет. — Но мы должны ипольховать этот шанс. Если вам вернется вернуть наших людей… Если вы вернете Крона — это будет победой. Большой победой. Но не рискуйте зря. Возвращайтесь живыми.