Здание, оказавшееся моей целью, походило на старый отель — панельная пятиэтажная башня, украшенная лоджиями при каждом окне, а больше ничем.

Мало того, что след вел прямо внутрь здания, там меня ждала засада, и теперь-то я чувствовал присутствие многих хищников, вроде бы довольно слабых. Оракула, кстати, среди них не было. Но еще недавно он здесь проходил.

По крайней мере никто не подкарауливал меня в кустах, и смысла не было шариться снаружи. Решив, что риск — дело благородное, я поднялся по ступенькам, ведущим в гостиницу. Лифт работал, но у меня не было желания им пользоваться. Угодив в засаду, ведите себя правильно.

Пришлось чуть-чуть разминуться со следом, но поднявшись на второй этаж, я понял, что Оракула привезли сюда. Я снова стал на тропу, которая привела меня по цепочке коридоров к номеру 238.

«Мне бы не помешало озарение», — шепнул я ликвору.

И оно пришло. Я четко, будто на киноэкране, увидел два десятка боевиков в осточертевшей форме гвардии Вержицкого. Они в полном составе засели этажом выше. И все они ждали, что я войду в номер. Какой-то план, как сквозь перекрытие накинуться на меня всем скопом, у боевиков был. Но это неважно, я увидел еще кое-что: все они по замыслу организаторов засады были мертвы. Комната 238 была напичкана взрывчаткой, ею же были обложены тросы, удерживающие лифтовые кабины на случай, если я, обленившись, все же рискну поехать.

Взрыв будет таким мощным, что гвардейцы превратятся в пыль, но людей организаторы торжественной встречи не жалели. Зачем гвардейцы вообще нужны в мертвом здании? Видимо, чтобы рассеять мое чувство опасности. Для этого нужна и девушка внутри комнаты, я и ее видел также ясно, будто нас не разделяли стены и запертая дверь. Блондинка лежала связанная на кровати. Симпатичная хищница, не пришелец, но дамочка, опасная в любом другом месте и времени, а сейчас — просто жертва, чья роль — отвлечь мое внимание все от той же бомбы. Видел я и то, что оракул покинул осколок именно здесь, в номере 238, и я без проблем могу последовать за ним, если выживу при взрыве, что маловероятно.

План вполне мог бы сработать, если бы я не увидел бомбу с такой ясностью, будто сам установил ее. Если я пинком вышибу дверь, сработает датчик, если я трону девушку на кровати, сработает датчик, если пробегу по полу, наступлю на датчики под ковролином.

Я поступил по-другому, до самого конца не будучи уверенным, что план Б сработает. Действовать стоило очень быстро, какой-нибудь наблюдатель мог взорвать бомбу дистанционно, если бы понял, что я их раскусил.