Расхохотавшись, дал ему еще полтысячи. И он действительно очень скоро вернулся с вкусно бренчащим пакетом, а также еще одним свертком с неизвестным мне брендом на боку.

Газетчик явно хотел посмотреть, как я уйду в кроличью нору, но я наградил его тем же взглядом. что полчаса назад достался любопытному Березкину. Советчик понял намек и испарился, дав мне наконец возможность убрать в карман покупки.

Я провалился в густой русский лес, не в самую чащу, но на поляну, окруженную огромными дубами и елями. След оракула и его спутника я уловил сразу. Надеюсь, им окажется пресловутый и неуловимый Красный гость, и я наконец поймаю его за какое-нибдуь интересное место.

Я пошел по следу и через две минуты вышел на шоссе. Асфальт выглядел древним и заслуженным, но в целом дорога оставалась в хорошем состоянии, хотя через трещины обильно проросла трава. Похоже, здесь давно не ездили машины.

Мох на деревьях позволял довольно четко определить стороны света. Беглецы удалялись на восток, но газетчик мне советовал сходить в другую сторону, а значит на запад. Туда я и направился и действительно через пару километров вышел к маленькому поселку, застроенному кирпичными бараками того едко красного цвета, что в позапрошлом веке отличал заводы.

В одном из окон горел свет. Здесь явно работало электричество, что меня уже перестало удивлять. Интересовало другое: я наткнусь на осевшего в этой глубинке инвейдея или же наконец встречу коренного жителя погибшего мира.

Поднявшись по невысокому, в три ступеньки, крыльцу, я постучался. Тяжеленная на вид железная дверь, крашеная в бордовый цвет, не шелохнулась, пришлось стукнуть по-настоящему, с применением ликвора.

Из-за толстенной двери по-прежнему не был ничего слышно, но я смошенничал, призвав на помощь ликвор, и все же расслышал чьи-то шаркающие шаги. Не хватало только ворчания из беззубого рта: «иду я, иду, чего шумите-то!», чтобы дополнить образ старушенции, медленно спешащей встречать гостя.

Дверь с ожидаемым скрипом распахнулась, но вместо божьего одуванчика меня встретила женщина лет сорока, очень даже привлекательная для своего возраста.

— Путник? — спросила она, оценивающе разглядывая меня с ног до головы. — Не часто у меня бывают гости. С чем пожаловал?

Хмыкнул и достал, как могло показаться со стороны, из воздуха бренчащий пакет с гостинцами.

Секрет шаркающей походки раскрылся быстро, хозяйка хромала на левую ногу. Квартира напоминала типичное жилище московского профессора советских времен. Тяжелый сервант, за стеклянной дверцей которого красовались фарфоровые чашечки и хрустальные бокалы. Часть из этих сокровищ перекочевала на круглый стол, который наверняка раздвигался, но сейчас в этом не было смысла.