Кто мог быть таким могущественным, что идеально скрыл от меня и себя, и Торфла? Неужели сам Красный Гость выполз из своей норы? Или эта история вовсе не имеет отношения к моему врагу?

Ладно, ниточка не утеряна. Мы знаем, куда они ушли. Я прошел в ту самую дверь, которая была заперта, но Березкин взмахнул волшебным бейджем, и она распахнулась. Когда же она захлопнулась, ограждая нас от шума и запахов толпы, я вновь заметил почти невидимый, ускользающий след, который довел нас до середины узкого и темного коридора, где и оборвался.

«Здесь открывали трещину!» — беззвучно, зато хором воскликнули мы с вороватой рукой.

Пора было избавляться от штабс-капитана.

— Петр Павлович, — сказал я максимально любезно, — я вам чрезвычайно признателен за помощь, но дальше я сам.

— Вот как? — разочарованно и немного обиженно протянул Березкин.

— Наше Управление использует специфические методы, которые я должен, поймите, именно «должен», применить в одиночестве.

— Специальная аппаратура? Наслышан! — понимающе кивнул штабс-капитан.

Надо было выбить из него остатки надежды.

— Значит вы понимаете, что я обязан соблюсти конфиденциальность. Мы с вами на службе, мы обязаны следовать долгу.

— Ну что ж, — Березкин все не торопился уходить. — Долг есть долг! Но если все же я вам понадоблюсь…

— Я тут же, незамедлительно к вам обращусь!

— Да уходите же, невозможный вы человек, — раздался скрипучий голос откуда-то из-за спины.

Никакого давления на разум я не ощутил, хотя если таковой и имелся, он явно был направлен не на меня. Тем не менее Березкина как ветром сдуло.

Я, не торопясь, обернулся и увидел именно того, кого и ожидал: газетчика, что пытался высмотреть меня у табло. Несмотря на плохое освещение, я смог рассмотреть его лучше, чем в суматохе и толчее общего зала. Передо мной стоял щупленький старичок, типичный пикейный жилет. Он, несомненно, был пришельцем, но я не мог определить, к какой касте он относится. По крайней мере угрозы я от него не чувствовал, не более, чем от других собратьев-«бхутов».

Вслух я сказал немного раздраженно:

— Еще один менталист на мою голову!

— Да помилуйте! — начал горячо возражать газетчик. — Какой же из меня менталист? Так, балуюсь немного голосом. Вся наша братия на такое способна, кто лучше, кто хуже. Вот и вы понемногу овладеваете. Замечали небось, как люди под вашу дудку пляшут?

— Наша братия? — поиграл я в дурачка, а я всегда начинаю с этого, хотя походу нет в этом смысла.

— Вашей маскировке я могу только позавидовать! Если бы я не знал точно, что вы здесь окажетесь, в жизни бы не распознал. Не лично вы, конечно же, но меня предупредили, что кто-то обязательно появится, начнет искать того молодого человека.