Мулла пристально взглянул на меня, медленно моргнул. На его лице явственно читалась неприязнь ко мне, которую он и не пытался скрывать.

— Ты прольёшь кровь в мечети? — спросил он. — Тебе придётся.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Хорошо, урус. Веди, — сказал он, различив то, что я не блефую.

— Выходи, — сказал я.

Он, преисполненный достоинства, прошёл мимо меня, одёрнув полы своего халата, чтобы даже своей одеждой случайно не прикоснуться ко мне, я пошёл следом. В спину мне полетело злобное шипение на татарском. На этот раз я различил все слова, но оборачиваться и отвечать не стал. Моська лает, слон идёт.

Завидев целый отряд русских всадников и самого князя Воротынского, мулла замер на крыльце.

— Смелее, — сказал я, стоя позади него.

Он явно понял, что такой эскорт здесь не просто так, что я его обманул. Честно говоря, я думал, он поймёт это гораздо раньше, после первого моего визита, но, видимо, он был настолько самоуверен, что всерьёз решил, будто царь приглашает его к себе. Он шагнул вперёд, я шагнул следом, и тут из дверей мечети вылетел Талгат. С саблей в руках.

— Баир-мулла! — закричал он.

Если бы не его крик, быть бы мне зарубленным прямо тут, но я успел обернуться и выхватить саблю, сходу отводя в сторону его удар. В самый последний момент. В ответ я сумел только оттолкнуть татарина назад, к дверям, а затем обернулся и придал мулле ускорения, чтобы ему не взбрело в голову присоединиться к драке. Равновесия он не удержал, упал на снег.

Во дворе началась суматоха, полнейшая вакханалия. Кто-то громко заголосил, громыхнул выстрел, лязгнули ещё чьи-то клинки.

— Убили! Убили! — раздался истошный вопль.

Мне некогда было смотреть, кого там убили. Мой соперник, Талгат, снова бросился в атаку.

Совсем не таким я видел захват муллы и его сподвижников, но раз уж всё пошло не по плану, придётся импровизировать. И раз уж драка началась, то драться надо до конца.

Я поднырнул под саблю Талгата, резко сократив дистанцию, резко распрямился, яблоком ударяя его под бороду, в мягкую податливую плоть рядом с кадыком. Татарин издал звук, будто подавился, а я тут же добавил ему коленом в рёбра, пробивая тонкий халат. Талгат отлетел к дверям, и я ударил его по голове саблей плашмя.

Обернулся. Во дворе вовсю шла драка между татарами и русскими. И несколько трупов уже лежали на снегу. Я нашёл взглядом муллу. Баир-мулла на четвереньках пробирался куда-то в сторону выхода, пока все вокруг были заняты внезапно случившимся побоищем.

— Твою мать… — прорычал я, бросаясь в погоню с саблей наголо.

Ну и заварил же я кашу. Есть шансы и не расхлебать.