Вот по делам этого нового бизнеса Джо и оказался на Кубе. Кубинец решил еще больше расшириться и заняться еще и разработкой железных руд.

Агитировать Джо естественно не пришлось, он сразу же во всем разобрался и тут же отправил своего человека в Нью-Йорк для оформления новой американской фирмы «Мюррей и Джервис», а сам вместе с нашей троицей направился в Лондон.

Переговоры в британской столицы шли не долго. Федор попросил о встречи молодого Ротшильда, Лайонель тут же посетил наш клуб и они очень успешно там «помолчали».

Все деньги были естественно мои, но Ротшильды, конечно не за бесплатно, выступили гарантами. Фактически одним слово «да» Лайонель заработал несколько миллионов долларов.

Все необходимые документы были оформлены за два дня и наша делегация тут же отправилась обратно. Федор передал мне свой отчет о лондонских делах и новостях.

Дела в клубе шли как обычно, копеечка исправно капала, а значимых новостей было две. Федор готовится стать отцом и Брюнель заложил свой пароход.

Это еще одно отклонение от знакомой мне истории. В моей первой жизни сначала была построена дорога до Бристоля, а затем появился пароход «Грейт Вестерн». Сейчас же пароход возможно будет построен даже раньше.

Разумеется Федор был в первых рядах тех, кто принес нашему Изамбарду Кингдому необходимые ему дензнаки и тот не имел ничего против любопытства моего доверенного лица. В итоге я получил всю техническую документацию будущего великого творения господина Брюнеля и на первый взгляд оно будет именно таким каким я его знал.

Матушка в этот раз очень тяжело перенесла путешествие через Атлантику и Мюрреи решили, что она останется в Лондоне, а когда поправится посетит Россию. Тем более, что ей в этом составит компанию миссис Джервис.

Наши товарищи в Акапулько прибыли в сопровождении двух с половиной сотен казаков, калифорнийская полусотня была усилена двумя техасскими.

Следующим утром граф Мигель прибыл к нам чуть ли не с восходом солнца. С ним вместе прибыли Джо и Петр. Я был безумно рад их видеть, но сюси-пуси разводить было некогда, с минуты на минуту ждали президента Санта-Анну для подписания договора.

Я еще раз внимательно прочитал окончательный текст договора. Он был на трех языках, английском, испанском, русском в пяти экзеплярах. Моё пожелание о границе было учтено. Похоже, что положение генерала Санта-Анны совершенно некудышнее если он проявляет такую оперативность с составлением бумаг и поразительно покладист.

Петр пару раз как-то неестественно кашлянул во время моего ознакомления с текстом договора и я подняв взор понял, что он имеет что-то сказать очень интересное, но тет-а-тет.