В приемной, где меня ожидала троица от генерала Бенкендорфа, я увидел стоящего на вытяжку жандармского офицера и мирно беседующих казачьего офицера и монаха.

От шефа жандармов было два письма, одно официальное служебное и другое сугубо личное. Личное я сразу же убрал и распечатал официальное.

Меня уведомляли что к моей персоне на постоянной основе до особого распоряжения прикомандировывают полковника Донского казачьего войска Арсений Никонович Ерофеев и иеромонах Александро-Невской Лавры отец Анатолий. Казачий полковник уполномочен решать все вопросы с набором казаков на службу по мне, а отец Анатолий Указом Святейшего правительствующего синода подписанного обер-прокурором Петром Сергеевичем Мещерским приставлялся к моей персоне для решения всех вопросов обсужденных с Государем. И на это он получил благословение первенствующегочленам Святейшего синода митрополита Серафима.

Приятный сюрприз, ничего не скажешь и как оперативно всё решено. Непонятно правда почему так официально, можно было и лично это сделать.

Вероятно жандармский офицер прочитал на моем лице эту мысль, потому что коротко кашлянув, он разъяснил мне этот нюанс.

— Александру Христофоровичу не здоровится.

Отпустив жандармского офицера, я после короткого раздумья решил начать с казачьего офицера и пригласил своих новых помощников в свой кабинет.

Полковнику было тридцать лет, полковничий чин он получил вчера и новенькие погоны с двумя просветами без звездочек подтверждали это.

Он подтвердил сказанное мне Сергеем Петровичем, что первая сотня семей донских казаков сидит что говорится на чемоданах и от готов отдать распоряжение им направляться в Усть-Лугу прямо сейчас. Это меня очень устраивало и я тут же сказал.

— Тогда, половник, будьте любезны распорядитесь сделать это немедленно, а потом прибыть ко мне и мы с вами решим что делать дальше.

Казачий офицер тут же покинул кабинет, а я начал беседу с монахом.

— Ваше Преподобие, в каком режиме вы предполагаете со мной работать?

Монах очень открыто и по-доброму улыбнулся и ответил.

— Как вам угодно, ваша светлость.

— Тогда давайте право выбора будет за вами.

Монах еще раз улыбнулся и предложил свой вариант.

— Если возможно, я бы предпочел постоянно находится при вашей персоне, в одном и вами поместье или постоянно сопровождать вас в поездах.

— Хорошо, меня это устраивает, я сейчас же распоряжусь выделить вам соответствующие покои, — мысль о том, что ко мне приставили соглядатая и шпиона, я отверг сразу.

Монах опять улыбнулся и продолжил.

— Если у вас возникнет предположение что я приставлен к вам в качестве соглядатая или шпиона, то скажите об этом прямо и я тогда буду приезжать к вам только по вашему вызову, — я подумал, что монах прозорливый и и молча кивнул. — И давайте обращаться без официоза, вы ко мне батюшка или отец Анатолий. А я к вам по имени-отчеству.