На сегодня у меня осталось два важных дела: отчет Сергея Петровича и разговор с Джо, а потом можно будет поднять высоко-высоко правую руку, затем резко опустить её вниз и забить на все хотя бы на несколько часов и посвятить их жене и детям. Соню заласкать так, чтобы она не могла даже словечка произнести, до одурения смотреть на детей и играть с ними, чувствовать себя обычным мужиком, мужем и отцом.

В наших имениях все было великолепно, все развивалось и расширялось, в прошлом году в хранилищах уже были почти трехлетние запасы. Сеялки, веялки и прочая техника на наших полях работала исправно и эффективно. То, что я называл зерноуборочным комбайном успешно создавалось и в начавшемся году в Новоселово Ян планировал больше половины урожая зерновых убрать этими машинами.

Мастерские, особенно в Новоселово, уже язык не поворачивался так называть, то был уже по сути небольшой завод и главной проблемой было отсутствие больших заказов на нашу технику. Как я и предполагал, крепостной из под палки на ней работать не будет, техника слишком для этого сложная. А мои работали только по одной причине, выкупаться смысла не было, все знали, что в моем завещание есть пункт об их личной свободе и поэтому чего суетиться лишние деньги платить.

Конечно процесс все равно потихоньку шел, особенно в тех семьях где кто-то начинал уходить из имений.

Даже наши соседи-помещики особо не шевелились, хотя разница была видна невооруженным глазом. Наши поля не брали ни морозы, ни град, ни засуха, ни проливные дожди, даже саранча обошла их стороной, когда в Новороссии летом было ей небольшое нашествие. Даже вырытый Сашей Охоткиным в рекордные сроки как по мановению волшебной палочки канал, уже подавший воду на наши поля, не убеждал русских крепостников в моей правоте о преимуществе свободного труда. Скорее всего право пороть и издеваться, насильничать над бабами и содержать крепостные гаремы для них важнее всего на свете.

Хотя за время моего отсутствия почти все соседи залезли к нам в долги и с радостью были готовы расстаться со своими имениями. И в Новоселово мы уже прилично округлились.

Сидор Пантелеевич, завершив коммунальную революцию в Пулково, сосредоточился на своей снегоуборочной технике и мечтает начать её широкое производство, но нет предела совершенства, он никак не может остановиться в своих усовершенствованиях, тем более наши химические гении подложили ему большую свинью.

Наши химики наконец-то добились первых успехов в создании резины и Сидор теперь ждет от них хороших образцов, он уже придумал как её ему применить.