— Не извиняйся, — сияя подёрнутыми счастливой пеленой зелёными глазами, Хуа-Хуа без капли сомнения подалась ближе, обхватывая меня руками за торс, — просто продолжай и не смей останавливаться…
— Ты уже так уверена? — не в силах противиться этому напору, невесомо касаюсь изящной спины.
— Я была уверена ещё до того, как пригласила тебя на свидание сразу после того Подземелья, — шёпотом ответили мне в плечо, — а когда ты согласился, когда относился ко мне как к взрослой и когда потом вернулся… Ты не представляешь, как долго я мечтала о таком. Поэтому… поэтому, если я тебе нравлюсь, можешь делать со мной что хочешь.
— … Хорошо, — выдохнул я, признавая полную капитуляцию, и, вновь спустив руки ниже, нежно поцеловал её в шейку…
Воскресное утро началось у меня с шевеления под рукой. Очень приятного шевеления очень приятной особы.
— М-м-м? — я приоткрыл глаз. — Куда это мы собираемся так скрытно и осторожно? Доброе утро, кстати.
— Доброе, — девушка довольно улыбнулась, а потом смущённо зарделась… — Ну… я хотела приготовить тебе завтрак.
— А разве это не обязанность мужчины — приносить кофе в постель, тем более после бурной ночи? — я, не скрываясь, любовался впавшей в приступ скромности девушкой. Хотя этой ночью она была куда как смелее, а за этим её «делай со мной что хочешь » скрывалась развратная суть дорвавшегося до « сладенького» гика. Не то чтобы я возражал, но эта робость сейчас смотрелась несколько странно, хоть и чертовски мило.
— Альберт! — смесь возмущения и стыда. — Я… я просто хочу о тебе позаботиться… — она отвернулась и стала смущённо тыкать пальчиками. С учётом того, что одета Хуа-Хуа была только в тонкую простынку, что выполняла роль одеяла, смотрелось это настолько интересно, что я ощутил в себе позыв немедленно продолжить то, что мы начали вчера…
— М-м-м, спасибо, — я сгрёб в охапку эту прелесть и поцеловал в основание шейки, — но сейчас я не хочу ничего больше, чем сам позаботиться о тебе. Разрешишь… — по нежной коже девушки пробегает кончик моего языка, вызывая мгновенное появление на той очаровательных мурашек, — мне… — новый поцелуй куда-то в основание подбородка, — побыть… — отстраняюсь, так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, — джентльменом?
— Хрм-м-м, — девушка судорожно кивнула, прикрыла глаза и едва ли не заурчала. Стерпеть такое я уже не смог, и завтрак пришлось несколько отложить. Впрочем, возражений по этому поводу не возникало. Полностью признавшая своё поражение леди очень нетвёрдой походкой, но при этом лучась довольством, проследовала в ванную, а я таки занял стратегическую позицию на кухне. Эх, хорошо, хотя и… маловато. Перевалившая за сотню [ Сила ] — это серьёзно. Но не заезживать же мне малышку до бессознательного состояния? Придётся добирать с призрачным гаремом… Н-да, рано я обрадовался, что начал подниматься из пучин извращения и разврата. Походу, это всё-таки было падение.