— Хэй, — я погладил загрустившее чудо по голове, — не вешай нос, меня это не отпугивает. Да и если вдруг ты до меня целовалась с какими-нибудь мальчиками… какая разница, что было до?
— У-у-у, — в меня уткнулись носиком и засопели, — ты говоришь слишком смущающие вещи!
— Я стараюсь, — ухмыляюсь.
— Эй! — теперь там было возмущение. Вот так-то лучше.
— Но вернёмся к пицце и твоим дальнейшим намерениям, что мне очень импонируют, как насчёт того, чтобы просто заказать доставку и посидеть у тебя?
— Ну-у… — ох, вот это краска румянца, — наверное, можно…
— Ты ведь сейчас подумала о чём-то неприличном, да?
— Ч-что? Н-нет! К-конечно же нет! — а вот теперь точно подумала, хе-хе.
— Ага, конечно. Я тебе верю.
— Гр-р-р… — возмущённое вибрирование. — Пхи-и-ха, — переходящее в задорный смех.
— Ну вот и славненько.
Далее мы действительно просто направились домой к Чень, заказали пиццу, газировку, соков и немного алкоголя и хорошо провели время, просто болтая о всякой ерунде. И закончилось всё тем, что… мы три часа рубились на приставке в местный вариант «DOOM » для парного прохождения, в перерывах узнавая друг друга поближе. Я даже не заметил, когда это началось и кто был реальным инициатором, но… надо признать, поцелуи разгорячённой и «полностью живой» девушки серьёзно отличались от призрачных красоток. Это было ярче, горячее… во всех смыслах слова. Не скажу, что эльфиечки или диснеевские принцессы стали казаться суррогатом, но… чего-то им не хватало, того, что было в этой милой лоле. Или тут как раз всё дело в её миниатюрности? Ох, я падаю всё ниже и ниже. Или нет и, наоборот, « всплываю» из пучины извращений? Быть лоликонщиком — это же лучше, чем быть некрофилом, верно? Или нет? Нет, точно лучше! Это же не педофилия! Сто процентов не она! Хуа-Хуа — двадцать три! Она на пять лет старше моего нынешнего тела!
Осознание того, что я сам себя уговариваю, точь-в-точь как это было сразу после приобретения Лелианы и её сестрёнок-волшебниц, и чем это в итоге закончилось, настигло меня на середине очередного поцелуя, что очень уж бодро переходил из разряда «почти невинного » между «только начавшими встречаться молодыми людьми» в « страстно-развратный» с блужданием рук по телам друг друга и полным забиванием на окружающий мир. Происходящее на экране было полностью забыто, а мои пальцы уже разминали упругую попку девушки, мной же всего пару секунд назад подхваченной с места и усаженной сверху на себя.
— Прости… я переборщил, — с внутренним усилием оторвавшись от ротика малышки с розовыми волосами, подаюсь назад, снимая руки с её «запретной зоны» .