Больше не раздумывая, Марина выскочила из каюты и едва не столкнулась с Андреем. Тот, похоже, ее даже не заметил, увлеченный погоней.

— Что случилось? — пискнула девушка.

Звягинцев бросил на нее короткий взгляд, кажется, даже кивнул своим мыслям и ровным голосом, словно и не бежал уже, как минимум, второй круг, выдохнул:

— Наша задача — поймать Герострата.

— А его? — едва слышно фыркнула Марина, но Андрей услышал.

— Поймать Кисю и не пойматься самому, — и философски пожал плечами.

Понятнее не стало, но он ее, Марину, Андрей не прогнал, а значит, помощь потребуется. Разговаривал, конечно, не слишком приветливо, что обидело. Мог бы и просто улыбнуться при встрече. Сначала устроил тут тарарам, разбудил ни свет, ни заря, а теперь ведет себя так, словно она обязана с ним по всему кораблю носиться. И Лидяша еще эта. Чего ей стукнуло с утра пораньше за чужим женихом бегать⁈

Но раз сказано поймать кота, надо ловить.

— Может, в клещи возьмем? — почти добежав до выхода на ют, предложила Клюева, которую куда больше непонятной Киси интересовала вполне понятная Лидяша. Куда она, кстати, делась? — Вы вперед, а я обратно.

— Не поможет, верткий слишком. Лучше догнать, а потом уж с двух сторон попытаться сцапать.

— Поняла, — и Марина продолжила забег — теперь уже по крутому трапу на верхнюю палубу.

Вид на обтянутый штанами тыл и босые пятки сыщика смущал и вдохновлял одновременно. Жаль долго любоваться не пришлось, быстрый он, любимый начальник.

Почти рядом мелькнул серый хвост, и Андрей едва ли не ласточкой прыгнул вперед через пару последних ступенек. А Марина выскочила на палубу и увидела Лидяшу. С собачонкой на коленях. Орали обе, причем, Лидяша — какие-то гадости и уже хрипло, зато псинка голосила так, что у невыспавшейся Клюевой моментально разболелась голова и захотелось мерзкую шавку в Дуньке утопить.

Забыв о собственном предложении взять Герочку в клещи, да даже о Звягинцеве, мечущемся за котом, забыв, Марина рванула прямо к этой парочке.

— Заткнулись обе! — рявкнула так, что сама испугалась

На Лидяшу подействовало, на собачку — нет. Она залилась еще более звонким лаем, перемежая его горловыми порыкиваниями — как самый настоящий волкодав.

— Ты! — почувствовав, что голова вот-вот взорвется, вызверилась Марина и с силой надавила на черный нос-кнопку. — Я сказала, заткнулись!

Псинка от такого обращения взвизгнула, затряслась всем телом, раскорячила задние лапы и описалась. Желтые струйки побежали во все стороны по палевому муару Лидяшиной юбки.

— А-а-а! — заорала та, вскочив и уронив собачку, которая тут же предпочла растянуться во всю длину и изобразить труп. — Да как вы смеете! Вы что с моей собакой сделали⁈ Вы ненормальные оба, и кот ваш!