Не могла успокоиться семейка Тишиных. Каким-то образом они узнали номер её телефона и начали её осаждать, писать угрозы, обещать оторвать ей голову и обрушить на неё страшные кары. Ей пришлось вновь обратиться к Баграту Тагировичу. Тот тут же предложил два выхода:
– Анна Станиславовна, мы можем подать официальное заявление. Это статья 137 УК РФ о неприкосновенности частной жизни, статья 119 УК РФ – угроза убийством или причинение тяжкого вреда здоровью.
– Я поняла вас, Баграт Тагирович, но для начала я бы хотела, чтобы от меня просто отстали. Если можно, то надо обойтись предупреждением.
– Я вас понял, Анна Станиславовна. Тогда я составлю официальное письмо-предупреждение, второй экземпляр передам их адвокату. Он у них есть?
– Да, Левин Стефан Тодорович.
Она вздохнула. Упоминание Стефана вызывало у неё какие-то тоскливые ощущения, словно когда-то давно она потеряла очень любимую вещь, и каждое воспоминание об этой потере вызывает боль.
На следующий день она столкнулась со Стефаном в коридоре юридической консультации. Он шёл куда-то с папкой под мышкой, весь напряжённый и нервный.
– Здравствуй, Анна Станиславовна. Можно вас на пару слов?
Она кивнула, и они зашли в переговорную.
– Я получил письмо от Баграта Тагировича. Смею вас заверить, что вы больше не получите ни одного SMS от Тишиных, ни одного звонка с угрозами. Я предупредил своих клиентов, что в случае повторения угроз я откажусь представлять их интересы, а денег у них на адвоката нет.
Анна кивнула головой. Она уже поняла, что Стефан продолжает браться за такие дела из гуманитарных соображений. Он и в студенчестве работал на такую консультацию, которая бралась на государственной основе защищать малоимущих людей. Зачем это сейчас такому успешному юристу, как Стефан, Анна не понимала.
– Мои клиенты вас больше не побеспокоят. Дело будет рассмотрено в суде, и только суд вынесет решение о том, кто и в чём виновен, и назначит наказание.
Анна вновь кивнула, соглашаясь с ним.
– Анна, если в ходе расследования выяснится, что вы с отцом фальсифицировали какие-то доказательства, если выяснится, что твой отец не дал выйти Тишину по УДО, то его вина затронет и тебя. Поэтому мой тебе совет: если ты знаешь что-то по этому делу, утаила какие-то факты, то лучше сейчас всё рассказать следствию.
Всю беседу Анна сидела и смотрела в пол. Видеть Стефана такого, когда-то любимого, в роли грозного адвоката было больно. Но последние его слова обожгли её. Она резко вскинула голову и посмотрела ему в глаза. Вот они – эти голубые глаза, из-за которых она когда-то пыталась сбежать из дома. Только сейчас его взгляд был холодный, безэмоциональный, расчётливый. И это ударило ещё больнее.