Денис вылез из-под мойки, уселся на пол и взял «Паркер».
— Макс, это жульничество или чудо? — спросил он.
— Чудо, — ответил я. — За двадцать тысяч.
Он потёр ладонь с синей полосой, и улыбка у него расползлась во всю бороду.
— Мне годами подсовывают лишнее. Годами! — воскликнул он. — А сегодня сам чуть не подсунул — и ручка меня же и сдала. Переживу. Зато теперь Виталик про свой смеситель ещё до полочки расколется. Давай чек. Пока я не передумал.
— Макс, он правда двадцать тысяч переводит? — спросила Лариса из телефона. — Или это тоже часть номера?
— Правда, — подтвердил я. — Двадцать, как я и оценил.
Лариса долго разглядывала «Паркер» в руке Дениса, а потом придвинула к себе калькулятор, будто только он тут и был настоящий.
— Разбираться в этом не буду, — отрезала она. — И знать не хочу. Мне касса нужна, а не фокусы.
В чеке я ручкой на верёвочке написал «Ручка перьевая Parker Duofold, клип заменён — 20 000 ₽». Про клип Денис не спрашивал, но я такое пишу всегда, потому что кто про изъян знает и молчит до оплаты, тот и есть Виталик. Денис расписался «Паркером», уже своим, и перевёл деньги на карту магазина. Тут же у меня перед глазами повисла новая плашка.
«Паркер» — Кочетову. +16 очков тебе. Твой счёт: 16 очков.
Ступень первая — оттиск: «Паркер». Следующая — на 40 очках.
— Деньги пришли, — сказала Лариса. — Две тысячи твои. Возьми из кассы, утром отмечу.
Я взял свои две тысячи, а Денису отсчитал тысячу за мойку. Мне хватало на пломбу. Зуб ныл, как прежде, — зубу всё равно, сколько у тебя денег. Но теперь у этого нытья появился срок, до пломбы. Денис с ящиком уже стоял в дверях, когда Лариса попрощалась и отключилась.
— Завтра Виталик у меня этим «Паркером» заказ подпишет! — крикнул он с крыльца на всю Ильича, до самой заводской проходной. — А до подписи прочитаем, что под заказом проступит!
«Ларгус» чихнул и уехал. Про оттиск я промолчал и при Денисе, и при Ларисе. Остался ли он у меня без «Паркера», я хотел сперва проверить сам.
Лампа в витрине всё ещё горела, и лучшей проверки было не придумать. Покосившись на витрину, я взял свою изгрызенную шариковую и на чистом листе акта нарочно написал: «Все поручения выполнены».
«Лампу в витрине не выключил, хотя Лариса просила», — проступило под строкой.
Работает. Оттиск работает!
Я повертел ручку перед глазами, но плашка над ней так и не появилась, а числа не было и подавно. Обычная пластиковая ручка за двадцать рублей, с изгрызенным колпачком, и волшебства в ней не прибавилось ни на копейку. «Паркер» стоил в тысячу раз дороже шариковой, а в моей руке обе делали одно и то же.