Оленев искренне порадовался: как хорошо, что послушал интуицию и взял девку с собой. И вдвойне хорошо, что поселил её вместе с отрядом гвардии несколько поодаль. Но самому с ней об этом говорить нельзя. Не то, что приказ отдать, но даже вскользь о Песцове поминать недопустимо. Выплывет факт разговора, как в случае с Буровым, начнутся ненужные разборки. Зато есть две дурные, как правильно было замечено, девки. Они прекрасно раззвонят кому надо, и кому не надо. А им, вон, Валентин расскажет. Сделает вид, будто проговорился.

Повеселевший Оленев по-быстрому отдал необходимым людям необходимые распоряжения и отправился в столовую потчевать гостя. Надо было потянуть время, час-полтора, чтобы информация дошла до адресата. И чтобы адресат вместе с группой поддержки успел добраться до заимки.

Садясь за стол, Песцов ощущал смутное беспокойство, хотя ещё недавно всё было в полном порядке. Поначалу он отнес это на счет некоторой мнительности. Но постепенно беспокойство усиливалось, плавно перерастая в чувство приближающейся опасности. Игнорировать подобные вещи было просто невозможно. Требовалось немедленно уходить. Куда угодно, только подальше от этого места, которое вот-вот может стать ловушкой.

Обозначать свои намерения Олег не хотел. Причина проста: на территории Оленевых опасность может исходить лишь от Оленевых. Соответственно, заикнись он о желании свалить, как сперва начнутся уговоры, а потом и просто жесткая фиксация. Он здесь один, и сила не на его стороне. На улице сумерки, можно скрыться в тенях и выскользнуть за ограду. А там через час он будет на трассе, поймает попутку и вскоре окажется в аэропорту. Там, в зале ожидания, его не достанут. Это не Новосибирск, здесь Оленевы не всесильны.

Поводом закончить трапезу послужила очередная перемена блюд. Пока слуги сновали туда-сюда с тарелками, Олег поднялся из-за стола. Съел он не много и не мало — достаточно, налегая больше на мясо. Остальные, особенно племянницы Оленева, наверняка троюродные или более дальнего родства, рубали как не в себя. Девки, не в пример тому, что было за завтраком, искоса бросали на гостя любопытные взгляды. То ли им успели мозги промыть, то ли ума в задние ворота вколотить, но вели они себя куда как скромнее. Всё больше помалкивали, да постреливали глазками, перешептываясь между собой.

— Куда вы? — с учтивой улыбкой спросил Оленев. — Сейчас будет самое вкусное.

— Я ненадолго, — солнечно улыбнулся в ответ Олег. — Вернусь через несколько минут.

И прибавил про себя: «Наверное».

Договор при себе, в комнату за ним заходить не нужно. Тёплые вещи магу, владеющему конструктами подогрева, ни к чему. Песцов выскользнул из дома, слился с вечерними сизыми тенями и отошел к забору. Снаружи, конечно, взобраться на такой или перепрыгнуть он бы не смог. Но изнутри всё делалось намного проще. Олег накинул на себя уменьшение веса, аккуратно забрался на крышу караульной будки, а там уже можно было и прыгать.