— Что, господин Медведев, — весело сказал Олег сидящему с растерянным видом председателю комиссии, — не ожидали? Кому вы сегодня оказали свою фирменную услугу?

Он хотел добавить что-то ещё, но тут налетел профессор Тушканов.

— Невероятно! Вы модифицировали конструкт в процессе его работы! Как вы это сделали?

— А вот это, дорогой профессор, относится к категории секретов рода.

Где-то недалеко от Москвы

Мужчина с глазами змеи в ярости шипел в телефонную трубку:

— Почему мой сын не стал победителем олимпиады? Почему он занял всего лишь второе место? Что значит, уступил в честной борьбе? Я за что тебе деньги платил? Разумеется, вернёшь. Вдвойне вернёшь! Ничего не хочу знать. Сегодня же! Иначе я буду говорить с тобой иначе.

Мужчина за разговором не слышал, как открылась дверь кабинета и в комнату вошёл юноша, как две капли воды похожий на него. Вошел и удобно расположился в одном из кресел.

— Так, значит, ты настолько в меня не веришь, что платил деньги за то, чтобы мне нарисовали победу? — недобро спросил юноша.

— Ты ещё мал и не понимаешь, как важно исключить любую вероятность проигрыша, — нахмурился мужчина.

— Значит, мал, да? А когда буду не мал? Впрочем, речь не об этом. А о том, что если бы твой человек в комиссии сделал бы то, на что подписался, то я потерял бы лицо. По твоей, между прочим, вине. Так что я бы на твоём месте…

— Ты не на моем месте! — вспылил мужчина.

— И очень хорошо. Пока я всего лишь наследник, я имею право совершать ошибки. Ты такого права уже не имеешь, однако совершаешь. Песцов выступил слишком ярко, чтобы…

— Песцов? Опять Песцов?

Мужчина сжал кулак, и из него на пол посыпались обломки металла и пластика, останки безвременно почившего телефона.

— Да, Песцов, — с вызовом ответил Юноша. — Он показал запредельный уровень владения конструктами. Такому противнику проиграть не зазорно. Его победа была настолько убедительной, что твоего человека сожрали бы при первой же попытке мухлежа.

Мужчина не слушал.

— Песцов, Песцов, везде Песцов, — бормотал он про себя, не замечая, что говорит вслух.

— Слушай, отец, на кой-тебе сдался этот Песцов? — поинтересовался юноша.

— У него есть нечто такое, что нужно мне, нужно моему роду. И я это заберу.

— А ты не пробовал поговорить, поменяться, купить это нечто?

— С кем говорить? С этим сопляком? Весь род Песцовых — это он сам.

— Тем более. Значит, цену задирать не станет.

— Ты ничего не понимаешь! Я не стану с ним разговаривать.

— Я прекрасно всё понимаю. Ты считаешь, что тебе, главе большого, сильного и богатого рода, неуместно встречаться и разговаривать с главой рода маленького и слабого. И поэтому хочешь отжать нужные тебе активы силой. Я — против, и участвовать в этом не стану. Рано или поздно Песцов узнает, откуда проистекают все его проблемы. И тогда он со своей стороны сделает всё, чтобы нужный тебе актив никогда и ни при каких обстоятельствах не попал в твои руки. Впрочем, ты всё равно поступишь по-своему. А я поеду в город.